– Ух! – она справилась с собой и сдёрнула с него венок.
Но Алексей не унимался:
– Хочешь быть моей нимфой? Украду, напою, совращу!
Ольга ощутила страх преследуемой добычи, который почему-то казался сладким и захватывающим: «Вот искуситель!» И вслух сказала: «Хочу!»
Он прижал её к себе… Но. Она пьяно оттолкнула его обеими ладошками в грудь, отвернулась, словно собираясь убегать, и… встала на четвереньки, сведя коленки вместе… Опустившись на локти, она призывно выгнула спинку, выпячивая попку, и оглянулась, без слов приглашая его. Сжатая бедрами «пусечка» тугим комком блеснула мокрым на солнце, призывно сверкнули золотистые волоски под той еле заметной складочкой, где попка переходила в ножки. Алексей рванулся за Олей, решительно раздвигая ей ноги… и проник…– Ты! Ты просто!.. – Ольга не находила слов. – Мне даже иногда страшно становится…
– В смысле?
– Мне кажется, что ты можешь кого угодно трахнуть.
– Это комплимент?
– Ревность. Это ж с кем ты так научился «динь-диниться»?
Алексей принялся смеяться:
– С тобой!
Вместо ответа Оля отрицательно затрясла головой.
– Я просто тебя люблю, мой цветочек! Или не просто, а феерически люблю. Вот и получается феерически.
– Всё равно как-то страшно. Слишком ты «су-перский».– О чём ты думаешь? – снова спросила она.
– О твоём техосмотре, – Алексей произнёс эту фразу голосом строго мужа.
– В смысле?
– Тебе его не пора проходить?
– Ну, залезь в сумку и проверь, – Ольга подыграла ему, изображая послушную жену.
Алексей неуверенно коснулся её сумки. В отсеке для документов под застёгнутой «молнией» он почему-то обнаружил прокладки и растерялся, не зная, где же искать талон техосмотра?
Ольга расхохоталась над его сконфуженным видом и нашла талон сама.– Теперь, когда ты меня бросишь, я всё равно буду знать: у меня было Поле!
Алексей заметил, что слово «поле» она произнесла с большой буквы, но его задела категоричность формулировки: «Когда ты меня бросишь». «Ведь могла сказать: «если»? Что у неё в голове?»
– Зачем ты так? С чего ты взяла? Я не смогу без тебя.
– А! – она беззаботно махнула ручкой. – Три месяца – и забудешь меня. Время лечит!
Он только отрицательно замотал головой так энергично, что затылок захрустел будущим отложением солей.Зазвонил мобильник Звонарёва. Алексей посмотрел на имя звонившего: Света. Он слушал звонок и смотрел. «Эх, не вовремя!» – Алёша понял, что пауза затягивается, а Ольга с холодным интересом ждёт, как и что он ответит?
– Алё! – решился Алексей. Трубка ничего не отвечала, только пыхтела и сопела. В душе Алёши стремительно потеплело. – Лиза, это ты?
– Папа…. А ты где?
– На работе, – принялся врать Лёша дочери, предполагая, что в днях недели ребёнок не разбирается.
– А что ты делаешь?
Алексей встретился с глазами Олечки, ему стало чудовищно стыдно:
– К вам собираюсь…
Капелька засопела. Утратила интерес к разговору. Видимо, занялась чем-то более интересным.
– Я скоро буду! – нажав отбой, он побоялся снова смотреть на Олю. Алёша догадывался, что сейчас происходит у той в душе.Всю обратную дорогу Оля молчала, на его прощальный поцелуй не ответила.
– Я ведь хорошая? – полувопросительно сказала она, подняв глаза на Звонарёва, который уже собрался пересаживаться в свою «эмэльку».
– Хорошая, – он задержался на сидении, и Оля заметила, что Алексей сделал эту заминку через силу, мысленно он уже был в пути в К. Олечке стало ещё тоскливее.
– Ну, не кисни, – хмуро бросил Лёша, его голос прозвучал пренебрежительно и фамильярно. Ему эта интонация не понравилась самому, и он окончательно расстроился. – Не хочется расставаться перед отпуском в таком настроении. Правда?
– Да, конечно, – согласилась Олечка. «Он ведь прав, но на душе как-то не очень. И, натрахавшись, любимый мужчина спешит к семье. Домой. Тошно».
Ольга сама уезжала в отпуск на неделю позже Звонарёва, и ей предстояло всю эту неделю прожить с подобными мыслями. «Фу!»2003 год, 6 июля, воскресенье, день.
– Папа! Не наступай! – совершенно счастливая Капелька уцепилась обеими руками за колени Алексея, просунув голову между его ног. Сейчас она следила за тем, чтобы Звонарёв, гулявший с ней по фойе торгового центра, не наступал между плитками, которыми был выложен пол. Звонарёв помнил эту игру ещё из своего детства.