– Да. Я так тебя люблю! Спасибо тебе.
Ольга действительно радовалась своей находке, как ребёнок.Они гуляли по Новому Арбату, когда Алексей вдруг увидел две пушистые ёлочки. Схватив Ольгу за руку, затащил между ними и притянул к себе:
– Олечка! Я тебя очень-очень-очень люблю! Выходи за меня замуж!
Ольга растерялась. Никакой подготовки не было, всё произошло так внезапно. Радость туманила мозги: «Но мы ведь ещё оба не развелись», – и она не нашлась, что ответить. Попробовала отшутиться, но умолкла на полуслове, поняв, что Алексей просчитал её реакцию. Зато глазки Оли светились благодарностью – и её распирало от невысказанного.
В кафе они пили глинтвейн, а он ласкал своими длинными пальцами красную салфетку. Олечка понимала, что надо поговорить, но игра его пальцев сбивала с толку. Ещё не зажившее нутро попробовало сладко потянуться, пофантазировать, но тут же болезненно дрогнуло.
– Пожалуйста, не надо! Ты меня и так на всех совещаниях изводил своими пальчиками – с мыслями не могла собраться. И теперь тоже! – её упрек звучал шутливо, но в серых глазах читалась мука.
– Скажи, зачем?
Он не стал договаривать, но в этом коротком вопросе отразилось всё, что происходило с ними эти дни и ночи, всё, о чём они хотели, но не решались поговорить. Уж очень разительно изменилось Олино поведение после Яузы и больницы. Она боялась, что он начнёт говорить о разрыве, который почти состоялся по её инициативе… Но всё-таки…
– Алёшенька! – её голос прозвучал торжественно, и Оля смутилась. – Я просто поняла, что… За любовь надо бороться! Если есть кто-то наверху, кто свёл нас вместе, то это же не просто так произошло. Ведь эта наша связь – она же что-то большее, чем просто «динь-динь»? Правда?
– Да, я тоже такое чувствую. Когда ты рядом, меня не покидает ощущение, что я всё делаю правильно, ты как будто уверенность в меня вселяешь. Чем бы я ни занимался. Мне это очень дорого.
Теперь его глаза смотрели вкрадчиво, словно он боялся, что сказал лишнее.
– Алёшенька! – ей захотелось встать со своего места и прижаться к нему: «А почему нет, мы же стоим?» Оля подошла и обняла Алёшу. – Я деток хочу! От любимого мужчины. От тебя, – она стала говорить сбивчиво, сквозь распахнутые куртки они ощутили тепло друг друга. – Ведь с тем, что в первый раз не получилось, я же не смирюсь…– Да, – ответ Алексея прозвучал твердо: «Она согласна».
– Мне так хочется собираться всей семьей у камина и читать деткам книжки…
– Да!
Ольга сладко вздохнула о своей мечте:
– У нас будут продвинутые детки!
– Как ты!
– Как мы!
Им обоим захотелось вылететь из кафе навстречу холодному осеннему ветру.
– Я уже подала на развод.
– Ты знала, что я сделаю предложение? – Олины глаза посмотрели на него смешливо и снисходительно одновременно: «Конечно, знала». Но ответ прозвучал серьёзно: – Да нет. Просто по-любому отношения со Стасом уже не склеить. Чего цепляться за штамп в паспорте? – и про себя додумала: «Конечно, если захотеть, можно помириться, но зачем?» Она снова вспомнила цитату из фильма «Непристойное предложение».
«Да, а мне будет сложнее», – Алексей не стал давать никаких обещаний, что несколько встревожило Олю.
2003 год, 24 октября, пятница, вечер.
Кризис наступил.
Вернувшись с работы, Ольга увидела, что у Алёши вид совершенно убитый.
– Что случилось?
– Капелька звонила, – и чуть не заплакал.
От этой озвученной чужой интимности Ольга растерялась. «Но такой момент должен же был произойти, я ждала его. Он мой мужчина!» Эту фразу – «мой мужчина» – она очень часто произносила вслух, смаковала её мысленно, формулировка этих двух слов казалась ей исчёрпывающей.
– Поговорим? Я тоже себя так чувствую, когда Стас переживает. Это же для них такое горе, потому что они чисты, как дети. И у них вся жизнь – это мы. Они как за подол держатся, а ты пытаешься стряхнуть. А ещё в душе противно – они не понимают, почему, они же такие хорошие.
Алексей в ответ только неприятно нахмурился. Он до сих пор не рассказал Ольге обстоятельств своей последней поездки домой. «Это я себе вариант отступления оставляю? Зачем? Сказать ей?» Его хмурость Ольга поняла иначе.
– Да, Алёшенька, я тоже чувствовала, как Стас переживал. Это нормально, мы же их любим.
Алёша наконец ответил.
– Да нет, всё не так. Как тебе объяснить? Просто по-человечески хочется.
«А ведь он мне даже предложение уже сделал», – грустно подумала Ольга. И вдруг сказала:
– А ты не задаешься мыслью: всё стоит того? – он не ответил, только его взгляд стал ещё более тревожным. – Я только о том, удастся ли компенсировать негатив? Пусик, просто понятно, что нас никто не благословит. Потому и вынуждены быть бесчеловечными, – она заглядывала ему в глаза, чуть не плача от собственных слов, и надеялась разглядеть там ответ. В этот момент она ненавидела себя. – Мои религиозные тетушки меня распнут просто, когда узнают, что я тебя развела…