«Корабль!» — напомнил он мне. «Она дала нам этот чёртов корабль, Фалько. Она спасла нам жизни, позволив спуститься по реке. Разве ты не считаешь, что мы должны ей что-то взамен?»
«Что? Предоставить ей корабль, чтобы вернуть её в Германию? Нет, слишком поздно, Квинт. Рутилий Галлик привёз её сюда, и она осталась одна со своей судьбой.
Нам всем придется с этим жить... Как вы узнали о безопасном доме?
«Что?» «Я хочу знать, Квинт. Откуда ты знаешь, где её положили?»
Она написала тебе и рассказала?
«Она никогда мне не писала, Фалько. Я даже не знаю, умеет ли она писать.
«Кельты не считают нужным все записывать; они сохраняют в памяти важные истории, факты, мифы и исторические события».
«Избавь меня от лекций о культуре!… Анакриту нет смысла расписываться, чтобы заманить её», — заметил я, чтобы разрядить обстановку. «В его поступках нет особого смысла». «Как ты с ним ладил, когда был у него дома?» «Отношения были прохладными». «Он пытался тебя завербовать?» «Шпионом? Да, пытался. Откуда ты знаешь?» «Змея уже пыталась провернуть то же самое с твоим братом в прошлом.
Что ты ответил? — Конечно, я сказал «нет». — «Счастливчик. А как ты узнал, где находится Веледа?» — повторил я.
Юстин наконец капитулировал, довольно мягко. «Я знаю одного человека. Небольшое знакомство, бани и спортзал, ничего особенного. Мы киваем друг другу,
Но я бы не сказал, что когда-либо позволял ему тереть мне спину… Когда все гадали о Веледе, я случайно пробормотал, что когда-то встречал её. Должно быть, он искал кого-то, кому можно было бы довериться. Он просто рвался поделиться с кем-нибудь секретом – Скаева мне сказала. Я так тяжело вздохнул, что мне стало больно. «Ты знаешь Скаеву?»
XLIII
«Грациан Скаева — брат Друзиллы Грацианы? Жил на вилле Квадрумата? Ты его знаешь, Квинт?» — «Только немного». — «Скаева передавал тебе сообщения?»
Юстин пожал плечами. «Он брал у меня письма. Я ничего не получил взамен. Как только он выдал, где находится Веледа, он быстро потерял самообладание. Он ужасно боялся, что его разоблачат. Он больше не хотел иметь со мной ничего общего, но я продолжал его искать и настаивал».
«Ты хотел получить ответ от жрицы? Ты пытался возобновить отношения?» Тишина. «Да ладно тебе, парень. Что ты там затеял?» — «Даже не знаю». Я поверил. «Замечательно. Все проблемы в мире возникают из-за какого-то идиота, который не может решиться на свою глупую затею с женщиной, которая ему неинтересна».
Я сообщил ему, что Скаева мертва. Квинт выглядел потрясенным. Возможно, это правда. Я рассказал ему, как всё произошло. Потом наблюдал, как он обдумывает возможные последствия. «Как думаешь, Веледа отрубила ему голову?»
Мой зять надул щеки. «Возможно». Он видел её среди воинов её племени, когда они жаждали римской крови; он знал, что её положение как почитаемого лидера зависело от того, сможет ли она показать свою безжалостность.
Мне понравилось, что он не бросился её защищать. Тем не менее, его личное положение было мрачным. Какие бы заверения он ни давал, похоже, они со жрицей были в сговоре. «Что ты можешь рассказать мне о Скаеве? Это срочно, Квинт». «Я мало что знаю. До недавнего времени я старался его избегать. Он постоянно хлюпал носом и твердил о своём здоровье. Что ж, это несправедливо; ему самому это надоело». Он жаловался, что, похоже, провёл все Сатумалии своей жизни, лёжа больным на кушетке. «Ну, боюсь, в этом году этого не произойдёт». «Нет». Юстин задумался. Возможно, он размышлял о скоротечности жизни.
Я допрашивал его, как он решил, что Веледа могла быть сегодня ночью в Храме Дианы. Его ответ сделал ситуацию ещё более жуткой: по его словам, в одном из писем, на которое он не ответил, он сам предложил это место как убежище. «Что случилось с этими письмами, Квинт?» — «Не знаю». Я надеялся, что Веледа их уничтожила. Если нет, нам нужно их найти. Нам нужно вернуть и уничтожить их. Ещё одна грязная задача для меня.
Мне пришла в голову мысль, что Грациана Сцеву могли убить, потому что кто-то обнаружил, что он действовал как посредник. Если так, то его наказание казалось отвратительным. Тем не менее, преступник мог намеренно подставить
Хотел подставить Веледу. Анакрит вполне мог провернуть подобный трюк. «Верно.
Давайте проясним: Веледа приезжает в Рим. Вы считаете себя обязанной ей за наше спасение. Вы предлагаете помощь; Скаева забирает письма; она не отвечает». Она могла нести свой ответ Скаеве в тот день, когда Скаева была убита. Возможно, Скаева даже пыталась уклониться от передачи письма Квинту, поэтому Веледа и напала на Скаеву… Почему-то мне так не казалось.
«Даже за две недели свободы она, судя по всему, не пыталась связаться с тобой. Так ты что, махнул на неё рукой, Квинт?» Он посмотрел на меня рассеянно, словно не мог смириться с тем, что они с жрицей остались в прошлом.