(33) Мы видим, что это бывает и в Понте, в котором несутся какие-то куски и, так сказать, ледяные глыбы, составленные из множества речных и болотных волн, которые как бы более размягченные, чем морская [волна], допускают замерзание. (34) Впрочем, в Понт втекает множество таких вод и вся его поверхность покрыта пресной влагой. Кроме того, [и] Саллюстий пишет: "Понтийское море более пресное, чем другие [моря]". Согласно также этому свидетельству, если ты бросишь в Понт либо солому, либо бревна, либо [еще] что-нибудь плавающее, [то все это] вынесется из Понта наружу в Пропонтиду и таким образом [попадет] в море, которое омывает побережье
Азии, хотя установлено, что морская вода втекает в Понт, [но] из Понта не вытекает. (35) Ведь проход, который только один [позволяет] переправлять в наши моря воды, принятые из Океана, находится в Гадитанском проливе, разделяющем Испанию и Африку. И без сомнения, именно течение [вод] вдоль испанского и галльского берега переносит [их] в Тирренское море, оттуда создает Адриатическое море, из которого [вода] направляется направо в Парфянское [море], налево - в Ионическое и прямо - в Эгейское и таким образом поступает в Понт.
(36) Так в чем же причина [того], что воды потоками вытекают из Понта, хотя Поит принимает извне втекающие воды? Впрочем, и та и другая причина установлена. Ибо вовне вытекает [вода с] поверхности Понта из-за [тех] обильных вод, которые, будучи пресными, вытекают из земли; внутрь же направляется течение нижних [вод]. (37) Откуда признано, что [все] плавающее, каковое, как я выше сказал, бросают в Понт, изгоняется вовне; но если бы упал [каменный] столб, [то] он возвышался [бы] внутри [вод Понта]. И многократно, согласно опыту, одобрено то, что нечто очень тяжелое на дне Пропонтиды загоняется в глубины Понта".
(38) "Прибавив [еще вот] это одно обращение [к тебе] за советом, я [уже] замолчу. [Скажи], почему все сладкое кажется гораздо слаще, когда оно холодное, чем [в том случае], если бы оно было теплым?"
Дисарий ответил: "Тепло сковывает чувства, и жар препятствует вкусовым ощущениям языка. Потому, вследствие наступившего прежде раздражения рта [теплом], исключается удовольствие [от сладкого]. Потому что только тогда, когда отсутствует вредное действие тепла, язык, благодаря неповрежденному чувству приятного, может вопринять сладость как свою награду. Кроме того, сладкий сок из-за тепла не без ущерба [для себя] проникает в полости кишок, и потому вред уменьшает наслаждение [сладким]".
(13 , 1) [Тут] поднялся Хор и говорит: "Хотя Авиен много спрашивал о питье и еде, но намеренно или по забывчивости, я не знаю, пропущено нечто весьма важное: почему голодные больше испытывают жажду, чем хотят есть. Объясни нам, Дисарий, это для всех, если желаешь".
(2) И тот говорит: "Ты, Хор, спросил об обстоятельстве, достойном разбора, но смысл которого ясен. Ведь хотя живое существо состоит из различных первоначал, из [всех] них, образующих тело, есть одно, которое ищет себе либо единственное, либо, помимо прочего, наиболее подходящее пропитание. Я говорю о тепле, которое заставляет служить себе жидкость. (3) В отношении самих четырех первоначал вне [человека] мы ясно видим, что ни вода, ни воздух, ни земля не требуют чего-либо, чтобы питаться или чтобы истребить, и не причиняют никакого вреда соседним или близлежащим к ним вещам. Только огонь вследствие постоянного желания питаться уничтожает [все], что ни настигает. (4) Понаблюдай и за детьми раннего возраста. Насколько [много] они потребляют пищи из-за [своей] безмерной теплоты! И, напротив, вспомни о стариках, что легко переносят голод, как бы истребив в самих [себе] тепло, которое обыкновенно возрождается при питании.
Впрочем, и средний возраст с желанием набрасывается на пищу, если увеличил в себе природное тепло благодаря многочисленным упражнениям. Давайте учтем и лишенных крови живых существ, которые не ищут никакой пищи из-за недостатка тепла.