то есть я - [де] менее всего хотел бы, [чтобы] они [видели]. [Есть] еще и просьбы других, молящих о жизни, [например, Нигера]:
Ради тебя, ради тех, кто тебя родил столь могучим [10, 597], -
и так далее.
(3 , 1) Давайте теперь, исходя из состояния [человека], скажем о чувстве [жалости], которое появляется по отношению и к людям зрелого возраста, и к дряхлым, да и по отношению к прочим [возрастам], следующим [друг за другом]. [Вергилий] умел так искусно описывать, что чувство сострадания возникало по отношению к любому возрасту. (2) [Итак], в отношении младенчества:
Тут же у первых дверей [он плач протяжный услышал]:
Горько плакали здесь младенцев души... [6, 427(426 - 427)].
(3) В отношении детства:
Отрок несчастный бежит от неравного боя с Ахиллом [1, 475].
И еще:
...и Юла, к отцу протянувши [2, 674],
чтобы опасность для малыша [Юла] не менее вызывала жалость, чем для [Энея]-сына, и также:
и живы ль еще супруга Креуса,
Мальчик Асканий? [2, 597].
И в другом месте:
... малолетнего Юла погибель [2, 563].
(4) В отношении молодости тоже:
Их на глазах у отцов унес огонь погребальный [6, 308].
И еще:
Щеки цвета румян, и на теле юноши бледность [12, 221]. {5}
{5 Строки с такимими словами в переводе С. Ошерова нет. Есть строка с похожим содержанием: «Так у царевны в лице с белизной боролся румянец» (12, 69).}
(5) В отношении старости:
...пожалей несчастного Давна [12, 934].
И также:
Сзади влачится Алет, {6} удрученный годами и горем [11, 85].
{6 В тексте Макробия — Алет (Aletes); в русском переводе напечатано «Акет».}
И [это еще]:
Пылью седины свои осыпав... [10, 844].
(6) И в отношении судьбы человека он возбуждает то сочувствие, то возмущение. Сочувствие [он вызывает так]:
После того как властителем он земель и народов
Азии некогда был. [Лежит па прибрежье троянском,
Срублена с плеч голова]... [2, 556 - 558].
И Синон [говорит]:
...[покуда...
Силу имел Паламед], - и у нас хоть немного, но были
Слава, почет... [2, 88 - 90].
И [также сказано]:
...[Простерт Галез престарелый]...
(Всех [справедливей] он был и богаче в краю
Авзонийском... [7, 535, 537].
(7) Возмущение же [судьбой видно] в словах Дидоны:
...Ужель надо мной посмеется пришелец? [4, 591].
Ибо она умело преувеличивает свою обиду из-за пренебрежения [со стороны] Энея. И Амата [говорит Латину]:
Дочь неужели отдашь ты, отец, изгнанникам - тевкрам? [7, 359].
И Нуман [кричал]:
[В третий раз не стыдно ли] вам, завоеванным дважды,
[Вновь за валами сидеть и от смерти стеной заслоняться]?
Вам ли, фригийцы, [у нас отнимать невест наших с бою]? [9, 598 - 600].
(8) [Вергилий] вызывает чувство (pathos) сострадания к увечьям [человека]:
[Слишком уж я зажился,..]
С той поры как родитель богов и людей повелитель
Молнией дунул в меня и огнем коснулся небесным [2, 647 - 649].
И в другом месте [сказано]:
Раны на месте ноздрей безобразно зияют [6, 497].
И о Мезенции [он говорит]:
[И. промолвив], на ногу больную встал он... [10, 856 - 857].
И [о Пандаре рассказывает]:
[Мозгом обрызган доспех], головы половина склонилась
Вправо к плечу, и влево к плечу склонилась другая [9, 754-755].
И еще [говорит]:
[Голову, Тимбср], тебе [мечом Эвандра] отсек он,
Правая [прочь от плеча] отлетела рука у Ларида [10, 394 - 395].
И, [наконец]:
...[Гектор
...когда влек его...
...Ахилл, был черен от крови и пыли];
Мертвые вспухли стопы от ремней, сквозь раны продетых [2, 270 - 273].
(9) Часто [Вергилий] пробуждает чувство жалости [к человеку], описывая его местонахождение:
С той поры, как в лесах по заброшенным норам звериным
Жизнь я влачу... [3, 646].
И [затем]:
[Я же, безвестен и сир], по Ливийским пустыням скитаюсь [1, 384].
И [еще]:
Мы же уходим - одни к истомленным жаждою афрам,
К скифам другие; дойдем, пожалуй, до быстрого Окса [Букол. 1, 65].
(10) И [делает он] это превосходно и немногими [словами, например]:
Гектора трижды влачит Ахилл вкруг стен илионских [1, 483], -
то есть [вкруг] стен отчизны, которые [тот] сам защищал, за которые в течение десяти лет успешно сражался.
(11) И такое [он пишет]:
Мы из отчизны бежим... [Букол. 1,4].
И [далее]:
Гавань, и берег родной, [и поля, где Троя стояла],
Я покидаю в слезах [3, 10].
И [затем]:
[В небо глядел и] родные края вспоминал, умирая [10, 782].
И [еще]:
...Мимант под Лаврентом лежит, позабытый [10, 706].
И [вот еще]:
Был в Лирнессе твой дом, а могила - в полях под Лаврентом [12, 547].
(12) И чтобы показать, что Агамемнон был бесчестно убит, он прибавил [о] месте [его гибели]: