Терлаг и Джитуки направились в лес по правое крыло, спускаясь, все ниже и ниже, к самой земле.
– Внимательно, сыночек! Здесь могут быть змеи, с окраской как у серо-зеленых лиан, не заметишь, как окажешься в их пасти.
– Ха, мамочка, я слишком большой, чтобы меня проглотила какая-то змея, – усмехаясь проговорил птенец.
– Не будь таким самоуверенным. Однажды, я видела, как у озера на уткозавра с папоротникового дерева упала радужная змеючка. Открыв свою пасть, она в одно мгновение проглотила уткозавра, и заметь не детеныша, а взрослую особь. Так что будь осторожен.
Джитуки и Терлаг плавно скользили между высоченными деревьями сигилляриями и кордаитами, то присматриваясь к сплетению веток, то вглядывались в пространство между деревьями. Они пролетали стремительно падающие водопады, брызги воды которых, переливались всеми красками под лучами дневной огненной звезды Аддан. Попадались небольшие озерца, с кристально-чистой водой, что можно было разобрать, что находится на дне. Отдыхали на песке кракозавры, в воде плескались рыбы разной длины и окраски. Вокруг них летали разнообразные птицы самой необычной величины и расцветки.
– Мамочка, так мы будем летать бесконечно. Не пора ли нам что-нибудь придумать? Давай сядем на какую-нибудь ветку и понаблюдаем за всеми, может быть будет больше пользы.
– Хорошо, так и сделаем, спускаемся к самому низу.
Началась роща из высоченных деревьев гинкго, их огромные веерообразные листья постоянно были в движении, поворачиваясь к лучам Аддан.
– Опускаемся вон на тот невысокий каламит, среди высоких гинкго, видишь, широкую ветку справа, – указала Терлаг сыну.
Оба стремительно спикировали вниз и уселись на ветку.
– Уф, отдохнем, – обрадованно проговорил Джитуки, – хорошо бы кем-то перекусить.
– Тише ты, замри.
Птенец замер вовремя. Послышался писк, среди веток показался ксиант. Расправив свои небольшие полуовальные крылья, он приготовился к прыжку. Миг, и ксиант оказался в клюве у айли, который сильно сдавил его горло.
— Вот это реакция, хвалю, сыночек.
– Мамочка, давай… – Джитуки не закончив мысль, замер.
Терлаг проследила за его взглядом. Напротив, по нижней ветке дерева ползли несколько мурашей.
– Сыночек, – начала шёпотом айли и замерла от неожиданности.
Полуживой ксиант, выпущенный айли, летел вниз, пролетев почти рядом с мурашами, упал на траву. Те, моментально среагировав, спрыгнули вниз, окружив ксианта, стали мотать в разные стороны своими уродливыми головами.
– Совещаются, что же делать, – прошептала Терлаг.
Трое мурашей, облепили добычу. Ксиант лежал без движения. Пошевелив усиками, мураши одновременно укололи своими острыми хоботками жертву. Тело ксианта дернулось и застыло. Один из мурашей, обхватив голову добычи, забросил ксианта к себе на спину и двинулся в сторону папоротниковой рощи неподалеку. Двое мурашей, развернулись и направились обратно к дереву, с которого они спрыгнули.
– За ним, – скомандовала Терлаг, мотнув головой в сторону уползающего с добычей мураша.
Айли, снявшись с ветки, направились в сторону рощи. Высокие папоротники встретили их гомоном птиц, стрекотанием насекомых и хрустом веток под ногами бегающих, высматривающих добычу, животных. Внимательно наблюдая, за ползущим мурашом, чтобы не потерять его из вида, айли спустились совсем низко.
– Смотри-ка, мамочка, а мураш, довольно шустро бежит с моим ксиантом.
– Самое главное не потерять его из вида.
Пролетев сплетение желтых лиан, свисавших почти до самой земли, Терлаг, летевшая первой, не смогла удержаться от возгласа, резко опустившись на ветку.
– Ой, сыночек! Смотри!
Джитуки, изворачиваясь от внезапно начавшей раскачиваться лианы, замер. Та, спружинив, подбросила айли вверх.
— Вот, незадача, с этой мамашей, – отмахиваясь от падающих на него листьев и мелких букашек подумал он и поискал ее глазами.
Терлаг, повернув голову и не увидев за собою сына, тихо пророкотала призывную песню.
– Мамочка, я здесь, – ответил, спускаясь к ней Джитуки.
– Сыночек, ты только, глянь.
Птенец повернул голову, пришла его пора удивляться.