– Куда исчезло моё звено? – требовательно спросил дракон.
Вопрос остался без ответа.
Самай, пройдя несколько шагов, дотронулся сверкающим кольцом на указательном пальце правой руки, до сине-фиолетового камня, расположенному в самом низу стены пещеры. Открылась расщелина, из которой сначала стала капать, а затем медленно полилась вода, того же цвета, что и камень, наполняя небольшое углубление.
— Вот тебе питьё, еда со временем сама к тебе пожалует, – иронично проговорил маг, подходя к Вратам Миров. Найдя изображение серебристой звезды, он нажал на него. Врата заискрились серебром, Самай сделав шаг, обернулся.
– Не скучай, а буду наведываться.
Эмпи до боли в глазах всматривался в пространство меж двух огромных черных камней, где только, что искрился фиолетовый овал Врат.
Он так просто не собирался сдаваться.
– Нужно искать выход, – буравила мысль мозг.
Эмпи лёг, сложив крылья и поджав ноги, не сводя глаз с яйца.
Время приостановило свой бег, с сочувствием наблюдая за огромным тёмно-коричневым драконом.
– Надо создать видимость отчаяния и глубокого горя. А тем временем… Стоп! Я не знаю силы темного мага, а вдруг он опять сможет прочитать мои мысли. Здесь нужна более тонкая работа.
– Начинаем, – подскочила в нетерпении душа.
– Не спеши, – мысленно ответил ей Эмпи.
Убираем все мысли. Пещера, камни… Камни, пещера. Врата, болото… Болото, Врата…
Дракон медленно поднялся, расправил крылья, встряхнул ими и направился к бурлящей серо-коричневой массе, остановился на краю и выдохнул слабое пламя.
– Эй, что ты делаешь? – завопило болото.
– Играю, – наклонив голову, ответил дракон.
– Играешь? Да ты что, с ума сошел? Нашел себе забаву. Мне больно, слышишь?
– Неужели? – усмехнулся Эмпи. – Нам тоже было больно и обидно, когда ты нас засасывало в свои глубины.
– У меня был приказ: заманить и не выпускать вас.
— Вот как! Интересно…
Болото обиженно засопело, выплёскивая струйки то черной, то коричневой массы.
– Ладно, – подумал темно-коричневый дракон, – ещё наговоримся.
Сделав несколько шагов, дракон наклонился к источнику и, высунув язык осторожно попробовал воду. На удивление, вода была хороша. Освежала и насыщала, имела необыкновенный вкус. Эмпи, сделав шаг назад, замер.
– Нет ли здесь какого-либо подвоха, от чёрного мага можно ожидать всего, – размышлял он, не решаясь на второй глоток.
– Присмотрись, – прошептала душа.
Дракон внимательным взглядом окинул узкий разлом в камне, откуда пробила себе путь вода, рожденная в недрах древней горы. Струя родника сначала тонкая, почти незаметная. Но постепенно набирая силу, вода всё увереннее струилась по каменистому ложу, собираясь на дне расщелины в небольшое округлое озерцо.
– Интересно, если я её сейчас всю выпью, что будет? – подумал Эмпи, наклоняя голову.
– Ничего, я наполню озерцо снова, – прожурчала вода.
– Ты живая? – оторопело спросил Эмпи.
– Что, только драконы у нас на планете могут мыслить?
По воде пошла лёгкая рябь. Собравшись в сгусток, она взметнулась фонтанчиком.
– Мне встречались только дельфизавры. Но чтобы вода?
– Ты многого ещё не знаешь…, – глубокомысленно прошелестела вода.
– Вообще, что это я с тобой разговорился. Ты сейчас будешь наблюдать за мной, а потом всё доносить магу, – мрачно проговорил дракон.
– Я тебя прощаю за твои слова, ты не ведаешь, что говоришь. Смотри, цвет камня сине-фиолетовый. Это мой цвет – цвет живительной воды. Любой, дотронувшись и повернув камень, освобождает меня от заточения в глубине скал, где я протекаю подземной рекой.