За ужином, приготовленным Чэдом, все вспоминали взрыв чёрной дыры, невиданное ранее событие. Потягивая белое янтарное вино, мы любовались звёздами.
– На удивление много планетарной туманности, в будущем – белых карликов, – заметила Кэсси, пристально наблюдая за ближайшей галактикой.
– Не факт, – отозвался я. – В этой части Вселенной всё не так как у нас. Взять хотя бы Солнце – в будущем красный гигант, потом планетарная туманность – белый карлик и, наконец, холодный чёрный карлик.
– Здесь же, – подключился Юстас, – всё течёт по-другому. Возьмем, к примеру, диаграмму «цвет-температура-яркость». Кто-нибудь встречал фиолетовые, серые, зелёные звёзды. Посмотрите на вот ту тёмно-фиолетовую звезду слева на горизонте. Это пульсар, но с меняющимся периодом. В наши законы астрометрии он не вписывается.
Я резко повернулся, чтобы поставить бокал и поймал насмешливо-иронический взгляд Чэда, смотревшего на астрофизика. Налив себе очередную порцию янтарного вина, я заметил, что Трэйв спаивает Дайю, постоянно подливая ей вина. Мне это не понравилось. Вино сегодня лилось рекой, необычное на вкус, все мы потихоньку напивались в отличие от Чэда и Трэйва. Я и сам уже незаметно для себя выпил третий бокал.
Кэсси включив музыку, пригласила на танец Юстаса. К Дайе одновременно подошли Чэд и Фэлк. Девушка выбрала Фэлка.
– Кто б сомневался, – пробормотал я, зная о тайной симпатии Дайи к командиру.
Полюбовавшись танцующими парами, я решил отправиться спать.
Проходя мимо Чэда, я случайно споткнулся.
– Осторожно, – недовольно буркнул он.
Я кивнул головой. Придя к себе, я направился в ванну, включил кислородный душ, делая то горячую, то холодную воду. Приготовил и выпил напиток из ягод биркуна. Полностью протрезвев, я бросился на постель и мгновенно уснул.
Мне снились жуткие кошмары. Огромный чёрный ворон влетел в окно.
– Странно, – подумал я, – какое, может быть, окно на звездолете и как можно в него влететь. Ворон, захлопав крыльями, превратился в мужчину. С острым ястребиным взглядом и волевым лицом. Небрежно расстёгнутая рубашка была вправлена в переливающиеся серые брюки. На левой руке сверкал замысловатый браслет, цепко впившийся в кожу. Подойдя к моей кровати, он пренебрежительно глянул на меня и махнул рукой. Меня грубо переложили на носилки и куда-то понесли.
– Куда? – шептали мои губы.
Но меня или не слышали, или не хотели слушать. Слегка приоткрыв глаза, я увидел, что нахожусь в операционном зале рядом с анабиозным отсеком. Скосив глаза, я увидел на соседнем столе Дайю. Чэд, склонившись над ней, вводил ей в нос скальпелем какую-то зелёную капсулу.
– Готово, она самая опасная из всех, – услышал я его голос.
Следующим был Юстас, потом Фэлк. Кэсси дёрнулась, когда ей вводили капсулу. Чэд, ругнувшись, взял новую.
– Хорошо, что у нас есть несколько запасных, – проговорил Трэйв. Его роботы на качалке постепенно перевозили всех в анабиозный отсек, укладывая в ниши и погружая в сон.
– Чэд, а через какое время капсулы попадут в мозг? – спросил вдруг Трэйв.
– Достаточно трёх минут, потом они прикрепятся в мозжечке к пирамидным волокнам, и вытащить их будет невозможно, не повредив спинной мозг. Но не это самое основное, главное – они будут под полным нашим контролем, даже не понимая этого, – жёстко произнес, усмехаясь Чэд.
– Отлично.
Пока роботы Трэйва укладывали меня на операционный стол, я, окончательно проснувшись, искал выход. Чэд поднёс к моему носу капсулу, на долю секунды заколебался и с подозрением глянул на меня. Быстро взяв с маленькой подставки скальпель, он резко уколол мне руку. Я не среагировал, морально я был готов к чему-то подобному.
– Спит, а мне показалось, что он шевельнул глазами, – объяснил Чэд свои действия Трэйву.
– От такой лошадиной дозы, подмешанной в вино, они все должны спать как убитые, – рассмеялся робототехник.
Чэд ввёл в нос капсулу. Задержав дыхание на долю секунды, я повёл её в носоглотку, потом в рот, опустил под язык и задумался: как от неё избавиться. У меня было меньше трёх минут, потом капсула начнёт действовать.
Роботы, небрежно бросив меня на качалку, повезли в анабиозный отсек.