Инчанур шел первым, что-то бормоча себе под нос. Наконец, он, не выдержал и, произнес: – Джума, мы прошли достаточно долго и это не тот лаз, по которому мы шли.
– Я это давно поняла, братец. Цвет стен не тот. Но, возвращаться мы не будем, идем дальше.
Лаз круто уходил влево. Впереди забрезжил свет. Айли замерли. Сделав несколько мелких шажков, и высунув голову, Инчанур увидел огромную пещеру и мгновенно отшатнулся назад, наткнувшись на сестру.
– Надо осмотреться, Джума. Ты согласна?
Осторожно они высунули головы из лаза.
– Достаточно светло! – тихонько воскликнула Джума.
Инчанур поднял голову вверх, вертя ею, то вправо, то влево.
— Это потому, что вверху находиться множество дыр, присмотрись внимательно, сестренка.
– Вижу, но они очень малы, нам в них не пролезть, – с досадой промолвила Джума.
– Из них бьет ярко-оранжевый свет. В долине наступил вечер. Как там все наши? – озабоченно пророкотал Инчанур.
– Смотри, братец, в центре пещеры – небольшое озеро. Мне так хочется пить. Пошли, а?
– Ладно, идем.
Брат и сестра начали медленный спуск к озеру. Под их ногами шелестел песок, что-то тихонько нашептывая им.
– У меня такое чувство, братец, что песок не хочет, чтобы мы шли пить озерную воду.
– Почему ты так решила, Джума?
– Смотри, с каждым шагом мы проваливаемся в него все глубже и глубже, как будто, он не пускает нас дальше и становиться все холоднее и холоднее.
Айли остановились в нерешительности, раздумывая, что делать дальше. В глубине пещеры, где стояла непроглядная темнота, послышался шорох.
– К озеру, быстро, Джума.
За несколько мгновений айли добежали к озеру.
– Заходим в воду, – скомандовал Инчанур, – и погружаемся в нее.
Брат и сестра плюхнулись в воду, мгновенно окунувшись в нее по шею, так что остались видны только глаза.
Шорох усилился, к нему добавились шипение и легкий свист. Вскоре айли увидели источник шума. С правой стороны к озеру приближались змеи. В основном они были серебристо-серого или черного цвета, длиной чуть больше, вытянувшегося, спящего взрослого айли. Глаза их светились ярко-желтым цветом. Раздался негромкий переливчатый свист и вслед за ним шипение, то низких, то высоких тонов, похожее на песню.
Айли замерли в воде, боясь шелохнуться. Послышался легкий шум сверху, замигало множество огненных бликов на водной глади. Затем раздалось сильное гудение и хлопанье множества крыльев. Инчанур и Джума в испуге подняли головы вверх. Под сводом пещеры летала тьма-тьмущая огромных бабочек, взмахивающих ярко-оранжевыми легкими крылышками.
– Инчанур, смотри, оказывается, вверху не было никаких дыр наружу, это были стая огненных бабочек, – в отчаянии прошептала Джума.
– Я уже понял, сестренка, – печально ответил Инчанур.
Тем временем змеи образовали несколько кругов. Внезапно сверху послышался шум крыльев, и замелькали серые тени пещерных птиц. На огненных бабочек началась нешуточная охота. Они метались в разные стороны, постепенно спускаясь к змеиным кругам. За ними следовали какие-то странные птицы: серого, темно-серого и бурого цветов. Крылья их представляли собой тонкие кожистые перепонки, натянутые между передними и задними конечностями. Размах крыльев был как одно крыло айли. Тело пещерниц было небольшим, чуть больше головы скальных ласли. Руки с шестью пальцами имели острые когти. Большие уши и длинный хвост привлекали к себе внимание. Спускаясь все ниже, вслед за бабочками, пещерницы хватали их своими острыми клыкообразными зубами.
Айли, широко раскрыв глаза, в изумлении смотрели на них. Джума в страхе, то открывала, то закрывала глаза.
Множество огненных бабочек гибло в пастях птиц – пещерниц, но они упорно продолжали свой спуск. Вдруг, словно по чьей-то команде, бабочки нырнули внутрь змеиных кругов и, сложив крылья, замерли. На несколько мгновений наступила гнетущая тишина. Послышалось легкое шипение и тихое шевеление. Пещерницы устремились на звук вниз, всматриваясь в дно пещеры, своими маленькими, низко посаженными на мордочке, глазами.