Вторая жертва была в таком же состоянии, что и первая. Разве что изрядно потревоженная сильным дождем. На фоне белой промокшей простыни, бледное тело с признаками трупных пятен фиолетово-синей окраски казалось каким-то нереальным, вырванным из ужасных историй об убийствах. Темные волосы жертвы были такими же мокрыми и прядями лежали на белой ткани. Красные маки, беспорядочно разбросанные вокруг и на теле, прикрывали наготу. Они сильно намокли и уже завяли, приобретя скорее темно-вишневый, чем алый, оттенок. Создавалось впечатление, что план убийцы, его техника или изюминка преступления, нарушились из-за дождя. Маньяк явно не желал, чтобы тело нашли в подобном состоянии. И это, по мнению Леонарда, было первой зацепкой в деле.
– Мы не должны были найти ее в таком состоянии, – начиная рассуждать, проговорил Савант. Вокруг сновали полицейские и медэксперты, но его это совершенно не тревожило. Сейчас, в этом освещенном прожекторами переулке, были трое – он, жертва и Бенджамин Уокер. Следователь внимательно вслушивался в каждое слово. Если бы еще мигрень исчезла! Савант старательно не реагировал на разгорающуюся боль в голове. Он должен правильно интерпретировать все, что видит, а это требовало трезвости мыслей. – У нашего маньяка есть стиль, своя стилистика преступления. Он оставляет тела красивыми и ухоженными, но непогода определенно спутала его планы. Тем не менее дождь льет второй день, а Темпл сказала, что видела эту женщину сегодняшним утром. Почему убийца не повременил с новым преступлением? Почему провел ритуал, несмотря на то, что его явно не устраивали обстоятельства, которые он не мог изменить?
– По-твоему, у него есть план? – спросил Бенджамин, мрачно всматриваясь в лицо жертвы. – Что-то наподобие расписания? И он не может отступиться от него, несмотря на неподходящие условия?
– Да, я именно об этом и подумал, – согласился Савант и поманил к себе ближайшего медэксперта. – Прошу прощения, не одолжите перчатки?
Медэксперт без возражений дал Саванту белые перчатки, и Леонард присел на корточки возле женщины. Он аккуратно убрал несколько мокрых цветков мака с тела жертвы, открывая взору шов на груди. Несмотря на бледность мертвого тела, шов казался красноватым в свете прожекторов. Также Леонарду показалось, что в этот раз шов и сам разрез не были столь аккуратными, как на теле первой жертвы. Словно маньяк в спешке совершал свой кровавый ритуал.
– После операции прошло намного меньше времени, чем в случае с первой жертвой, – заключил Савант. Потом осторожно ощупал шею женщины, замедляясь на припухлом участке. – Вот здесь. Сюда был сделан укол сильнодействующего средства, чтобы жертва потеряла сознание. Томпсон что-нибудь выяснил по составу лекарства?
– Нет, еще нет, – покачал головой Бенджамин. – Но обнадежил, что к утру отчет будет готов.
– Это хорошо, – кивнул Савант, чуть поворачивая голову жертвы, осматривая затылок. – Погоди-ка.
Бенджамин нагнулся, чтобы лучше увидеть то, что обнаружил Леонард.
– Ничего особого не вижу.
– Следы крови смыты, да, – согласился Леонард. – Но я четко ощущаю шишку на затылке. Возможно, после введения жертве лекарства, она очнулась быстрее, чем началась операция по извлечению сердца. Именно поэтому убийца нанес удар по затылку женщины, чтобы она вновь потеряла сознание. Я думаю, что из-за этого операция прошла не столь идеально, как в первый раз. Внезапное пробуждение жертвы потрепало нервы убийце. Но это, к сожалению, ничего не изменило.
– Вот ведь сволочь, – выругался Бенджамин.
Устроив голову жертвы так, как и до осмотра, Леонард поднялся на ноги, стягивая перчатки с рук. Умиротворение после дневного сна давно исчезло, перебитое головной болью и беспокойством за Темпл. Смотря на жертву, Савант ощущал странное чувство горечи. Леонард пытался представить человека, способного на подобное. Впрочем, на Земле-3 законы жестоки. Неудивительно, что люди сходили с ума и превращались в чудовищ. Другое дело, что отловом подобных экземпляров занимались все, кому не лень. Всего несколько лет назад на Земле-3 огласили закон, разрешающий мирным гражданам применять силу и подручное оружие для обезвреживания и доставки правительственным органам свихнувшихся или представляющих опасность обществу субъектов. По каким именно критериям люди становились такими субъектами, выявлено не было. Проще говоря, правительство давало шанс людям получить вознаграждение за сдачу потенциального преступника или неполноценного властям. Таким образом они пытались обеззаразить общество, не понимая, что сами же и давали заразе шанс широко распространяться на улицах города.