Через долгие пятнадцать минут охрана действительно пропала из поля зрения, и Леонард быстрыми, но тихими шагами направился к двери архивной комнаты. Вставив ключ, аккуратно провернул влево несколько раз. Замок щелкнул, путь был открыт. Еще раз воровато оглядевшись по сторонам, Савант вошел в комнату и, придерживая дверь ладонью, запер, закрывая на замок. Да, это могло стать помехой для незаметного исчезновения с места нарушения закона. Но если вдруг охрана попробует открыть архивные комнаты, заподозрив неладное, отпертая дверь вызовет больше вопросов, чем привычно закрытая.
Комната оказалась довольно большая, хоть и из-за огромного количества высоких стеллажей, это трудно понять. Из-за темноты Саванту пришлось достать телефон и с помощью света, исходящего от экрана, начать поиски. Леонард старался все делать быстро, он четко помнил, что в запасе у него жалкие десять минут. На поиск нужной коробки с буквой «Р» ушло почти пять. Держа светящийся телефон в зубах, Савант быстрыми движениями начал перебирать толстые папки бывших пациентов. Его сердце застучало быстрее, когда у него в руках оказалась относительно тоненькая папка с обозначением «Темперанс Райс». Не теряя ни мгновения, Леонард убрал коробку с папками на место и поспешил вон из архива. Свет телефона погас, но Савант и так помнил путь назад. Когда он уже почти оказался возле двери, послышался звук приближающихся шагов. Леонард затаил дыхание и неслышно переместился ближе к боковому стеллажу, пытаясь спрятаться. Сердце стучало в бешеном ритме, и Саванту казалось, что не услышать этот громкий стук может лишь глухой. Ладони вспотели от волнения, и он крепче сжал найденную папку.
Два охранника остановились возле двери, словно прислушиваясь. Казалось, что Леонард перестал дышать, боясь выдать себя.
– Ты уверен, что что-то слышал? – прозвучал голос, через секунду охранник подергал ручку двери, проверяя, не открыта ли она. – Архив закрыт, да и кому в ночное время суток может понадобиться вламываться сюда? Кому вообще может прийти это в голову? Здесь кроме макулатуры ничего ценного нет.
– Мы охраняем лечебницу для психованных и сумасшедших, ты забыл? – возразил второй голос, более грубый и настойчивый. Савант помнил этого охранника. Он отличался принципиальностью и суровостью. Кажется, его совершенно не волновало, что люди в этой больнице действительно больны. Он называл их психами, совсем не беспокоясь или переживая о том, что многие из пациентов реагировали на подобное неадекватно. А это, в свою очередь, повышало количество срывов пациентов. Что отнюдь не убавляло работы для медсестер и врачей, а также значительно уменьшало положительное воздействие лекарств на больных.
– Да, но они все принимают ночную дозу успокоительного. Медсестры и этот паренек, Савант, уже позаботились об этом, – напомнил напарнику первый охранник. Леонард усмехнулся, вот и его вспомнили.
– Этот Савант не более здоровый, чем все остальные психи в больнице, – похрюкивая, рассмеялся охранник. – Впрочем, ты прав, но я бы хотел осмотреть архив. Готов поклясться, что слышал шум! – Савант услышал, как охранник начинает перебирать ключи из своей связки. Оглядываясь по сторонам, Леонард пытался придумать путь к отступлению. Прятаться было негде, но сдаваться без боя он не собирался. И в тот момент, когда охранник начал елозить ключом в замке, вдруг раздался другой знакомый голос. Луиза.
– Мальчики! А что это вы тут удумали делать? – проворковала медсестра. Леонард легко уловил в ее голосе толику паники, но охранники, похоже, не были столь наблюдательными.
– Луиза, детка, – в ответ проговорил охранник, переставая терзать замок, – просто хотим проверить, ничего больше.
– Да ну тебя, лучше бы ко мне заглянули на чаепитие, – промурлыкала Луиза. Ее голос стал отчетливее, видимо, она подошла ближе к охранникам. – Я знаю, что вы только перекусили, но у меня целая коробка пончиков. Вы же не хотите, чтобы я в одиночестве съела их?