Неожиданно Темпл встала с места и, ни на кого не смотря, решительно направилась к двери.
– Мне срочно необходим кофе и свежий воздух, – произнесла девушка, все же посмотрев на брата. Тот кивнул.
– Не задерживайся слишком долго. И возьми нам по стаканчику! – в голосе Кристофера проскользнуло легкое беспокойство, замаскированное под обычный тон.
Проходя мимо Саванта, она так и не подняла свой взгляд. И от этого в сердце Леонарда что-то кольнуло. Тем не менее он никак не выдал смятения. Темпл могла думать о нем, что хочет. Он ей ничем не обязан, как и она ему.
Дверь за Темпл закрылась, и в комнате осталось трое мужчин. Вместе с девушкой исчез и уже знакомый Леонарду аромат роз. К счастью, сегодня он не вызывал головокружения. Таблетки действовали, защищая от влияния внешних элементов. Он просто надеялся, что эффект лекарств продержится достаточно долго, чтобы он успел сделать все запланированные дела.
– Что здесь делает Темпл? – задал интересующий его вопрос Савант. Бенджамин устало посмотрел на него и развел руки в сторону.
– Начальство потребовало снова опросить ее. На случай, если Темпл вспомнит хоть что-нибудь новенькое. Я пытался отговорить их, но они уперлись и не желают ничего слушать. Для них дело убийцы с маками вышло на первый план.
– Да уж, – покачал головой Кристофер. – Иногда начальство слишком прогибается под правительство.
– На Земле-3 все прогибаются под правительство, – пожал плечами Бенджамин. – И, кстати, за такие разговоры, можно и по лбу получить, а также распрощаться с должностью.
– Я не боюсь, – самоуверенно фыркнул Кристофер.
– А стоило бы, – покачал головой Уокер.
– У вас есть что-нибудь новенькое? – прервал небольшой спор Леонард. – Появились зацепки по мужчине, который ссорился со второй жертвой в кафе?
– Есть, – кивнул Бенджамин и протянул Саванту листок с ориентировкой. С бумаги на Леонарда смотрел тот самый странноватого вида мужчина. Только выглядел он иначе: на носу аккуратные очки, темные волосы уложены, а в глазах не было сумасшедшего блеска, который Савант заприметил еще при встрече. Мужчина выглядел как обычный, ничем не примечательный, житель Земли-3. – Его зовут Дональд МакГроу. Он бывший доктор психиатрии, пятнадцать лет проработал в Уинддли-Таун.
– Уинддли-Таун? Второй лечебнице для неполноценных? – уточнил Савант, не отводя взгляда от листовки. Что-то здесь было не так. Дональд МакГроу на ориентировке не выглядел неадекватным, но по показаниям свидетелей и воспоминаниям самого Леонарда именно таким он и был.
– Верно, – снова кивнул Бенджамин. – Мы уже отправили запрос в Уинддли-Таун, и нам довольно оперативно дали ответ. Лечебница представила официальные документы, так или иначе касающиеся мистера МакГроу. Но неофициально мы выяснили более интересные подробности, – посмотрев на Кристофера, он дал понять, чтобы тот продолжил рассказ.
– Дональд МакГроу уволился из лечебницы по собственному желанию. Это произошло почти три года назад из-за до конца не выясненной и не признанной врачебной ошибки, – деловито проговорил Райс, вставая и начиная расхаживать из стороны в сторону. – Одна из его пациенток была на грани нервного срыва с прогрессирующим параноидным синдромом, который выражался в том, что она была уверена, что везде чувствует необъяснимые запахи гниения и разложения. А также она видела этот процесс во всем, на что не обратила бы внимание. То есть, женщина смотрела на человека, и видела, как он гниет. Смотрела на цветок в горшке, и понимала, что растение мертво. Или прыскала духами на запястья, а вместо приятного аромата чувствовала гнилье. Малоприятное проявление болезни.
– Сам по себе синдром не является редким, но вот его выражение довольно… специфично, – кивнул Савант, чувствуя, как сердце чуть сжимается. Именно о запахе гниения говорил Дональд МакГроу, когда его впервые встретил Леонард.
– В общем, наш нерадивый доктор прописал ей лекарства, от которых пациентке стало только хуже, – снова заговорил Кристофер, продолжая медленно бродить из стороны в сторону. – Через три недели после назначенного лечения она вскрыла вены маленькими ножницами, которые выкрала с поста медсестер. Спасти не успели. Дело закрыли, не успев открыть. Конец.