Кончаю, наблюдая, как рот Брайана приоткрывается в беззвучном крике, и через несколько секунд он вытаскивает член, даже не побеспокоившись о том, кончил ли его одноразовый любовник, а потом проходит мимо меня и кивает головой в сторону выхода из задних комнат.
Я улыбаюсь и почему-то вспоминаю слова Макса о том, что Брайан не любитель трахаться на публике. Что же изменилось? Может, он спустился сюда только для того, чтобы трахнуть кого-то при мне?
Поспешно застегиваю джинсы, парень разочарованно поднимается с колен, видимо, рассчитывавший на ответную услугу, но у меня нет никакого желания сосать его член.
Единственный член, который я хотел бы сосать, только что прошел мимо меня.
Иду следом, теперь, когда у меня есть приглашение в ВИП-комнату, я особо не тороплюсь, чтобы успеть за кем-то, кто сможет придержать дверь.
Но все же чей-то голос отвлекает меня от цели, когда я уже хочу открыть ее.
— Тормозни.
Оборачиваюсь. Блядь, только его тут не хватало.
— Чего тебе? — безразлично интересуюсь у Джеймса. Чего он таскается сюда постоянно?
— Всего-то хотел узнать, как у тебя дела, — он слегка облизывает губы и поднимается по ступенькам чуть выше, останавливаясь в метре от меня.
На лестничном пролете мы одни. Чтобы не смотреть на него, опускаю глаза вниз, наблюдая за танцующими парнями.
— У меня все отлично. Я бы даже сказал — великолепно. За исключением одного «но» — не могу трахнуть парня, которого люблю, — на этих словах он усмехается, и я мстительно продолжаю с улыбкой на лице: — Но я не расстраиваюсь, потому что тебе еще хуже — ты не можешь полюбить того, кого трахаешь.
— Я трахаю многих. Брайан не единственный. И мне уж точно не хочется никого из них любить, — спокойно отвечает он.
— Тогда за каким хреном таскаешься за нами? Оставь нас уже и занимайся своими делами.
Джеймс вскидывает бровь.
— Ну не груби, красавчик… Я всего лишь решил, что тебе нужно знать. Мне придется забрать Брайана.
— Большое дело, — закатываю глаза, будто я не привык, что он всегда приходит и забирает его куда-то.
— Нет, ты не понял, — он обольстительно улыбается. — Я заберу его надолго.
Крепко сжимаю рукой перила.
— Насколько?
— Может, на неделю, может, на две. А может, и навсегда, — он делает ко мне еще шаг, осторожно дотрагивается до моей руки, и я тут же отдёргиваю ее.
— Ты не можешь забрать его навсегда, — облизываю вмиг пересохшие губы.
— Могу, — он серьезно кивает.
Смотрю прямо в яркие беспощадные глаза.
— Брайан не позволит…
— Он уже согласился, — припоминает Джеймс. — Да, он сказал, что с удовольствием со мной уйдет.
Глубоко вдыхаю и стараюсь, чтобы голос не выдавал моего волнения.
— Это из-за того, что случилось утром? — негромко спрашиваю и тут же поясняю: — Он не виноват. Это я к нему полез. Я первый начал, разделся перед ним, принялся целовать…
Джеймс внимательно слушает меня, а потом прищуривается и резко придвигается ко мне вплотную, так что я даже не успеваю отскочить. Его рука с силой сжимает мои яйца, практически до боли, а угрожающий голос шепчет в самое ухо:
— А кто, блядь, тебе разрешал?
Это он заставляет меня чувствовать боль, или мне кажется?
— Я не обязан перед тобой отчитываться, — выдавливаю из себя, и его рука ослабляет хватку. Несколько секунд он еще поглаживает меня, словно извиняясь за причиненные неудобства, а потом с усмешкой объясняет:
— А Брайан обязан. Но ты подставляешь его раз за разом.
— Он нуждается во мне. Ему хорошо, когда я рядом.
Джеймс смеется.
— Показать тебе, в ком он нуждается?
Он вытягивает руку, прося, чтобы я коснулся. Отрицательно качаю головой.
— Я никуда с тобой не хочу идти.
— Я настаиваю, — он пронизывающе смотрит на меня. — Не волнуйся, больше не трону.
Смотрю на него, не отрываясь, несколько долгих секунд. В его глазах, кроме азарта, ничего нет, никакой угрозы я не вижу, и… еще мне любопытно.
— Запомни, что ты пообещал, — все-таки соглашаюсь я, поняв, что выхода у меня нет.
Его рука холодная, будто он только что держал в ней лед.
Он мягко сжимает мою, и я тут же переношусь на несколько часов назад, в тот самый момент, когда Брайан поспешно скрылся в ванной.
Вижу, как он с улыбкой поясняет мне, что пошел дрочить, но через несколько секунд закрывает дверь на замок и обессиленно скатывается по ней вниз, держась за голову двумя руками.
— Джеймс, — умоляюще просит он, и прямо перед ним появляется Джеймс, подходит ближе, помогает встать на ноги, осматривает его состояние, а потом тихо спрашивает:
— Ты же не трахнул его?
Брайан качает головой.
Джеймс осматривает его татуировку, стискивает зубы, а затем осторожно прикасается к ней руками.
— Сейчас все пройдет, — шепчет он.
— Включи воду, — просит Брайан.
Джеймс сначала усаживает Брайана на раковину, а потом прямо в одежде ступает в душевую кабинку, нажимает на кнопку, и вода льется не из душа, а прямо сверху на него. От неожиданности он резко отступает на шаг и сильно ударяется локтем об стену.
Брайан прикусывает губу, наблюдая за ним.
Мокрый Джеймс недовольно оборачивается к нему.
— Извини, я перенастроил сегодня… забыл сказать.
— Пустяки, — тут же улыбается Джеймс, вновь подходит к нему, скидывая с себя рубашку.
Брайан по-прежнему обнаженный, и от взгляда Джеймса не укрывается то, как сильно он возбужден.
Они целуются, и мне не совсем приятно это видеть, потому что Брайан целует его так… будто от Джеймса зависит его жизнь. Так нежно и жадно, с улыбкой и прикрытыми глазами… так, как он никогда не целовал меня.
Я сжимаю зубы, но они не могут этого видеть, потому что меня нет в этом воспоминании. И Брайан не может видеть, как я разочарованно вздыхаю, когда они вместе, не разрывая объятия, заходят в кабинку. И уж Брайан точно не может знать, что я сейчас пытаюсь отвернуться, когда Джеймс придавливает его к прозрачному стеклу лицом, утыкается лбом ему в спину и медленно входит до самого конца, пока Брайан не начинает стонать, и тогда Джеймс щелкает пальцами, и пропадает слышимость. Не слышно, как они трахаются, как я стучусь в дверь, волнуясь за него, и не слышно даже звука моего колотящегося сердца.
— Избавь меня от этого парня, — шепчет Брайан.
И уж точно лучше бы я не слышал этого.
— Как скажешь, — с улыбкой произносит Джеймс.
И я не вижу того, что происходит дальше, только знаю, что Брайан выходит из душа, как ни в чем не бывало, целует меня, перемещает домой и обещает, что мы увидимся вечером.
Снова смотрю на Джеймса. Он до сих пор держит мою руку и с усмешкой смотрит в ответ.
— Я ему обещал, — только и говорит он.
— И что? Спустишь меня с лестницы? — я оглядываюсь по сторонам, заранее зная, что против дьявола я бессилен.
— Нет, мне нельзя, — успокаивает меня своей улыбкой.
— И ты просто так заберешь Брайана?
Слышу свой жалкий голос будто со стороны.
— Да. Думаю, что ты переживешь. Тем более, не будь таким эгоистом. Ему становится хреново рядом с тобой. Ну, ты и сам видел, — он небрежно указывает рукой куда-то в пространство.
— Я видел только то, что ты позволил увидеть, — медленно проговариваю я, размышляя, насколько видение может быть правдивым.
— Оу, извини, я не знал, что тебя так интересует продолжение. Мне показалось, что наблюдать за нами для тебя слишком болезненно… — он ухмыляется и замолкает.
— В любом случае, ты пришел ко мне не просто так. С чего такая благотворительность, зачем сообщать мне заранее? Не проще ли было просто скрыться с ним с моих глаз, оставив меня в мучениях и подозрениях? Что ты хочешь от меня, Джеймс?
А лучше… что я тебе сделал?
Последнее не произношу вслух.
— Я много чего от тебя хочу, но… — его глаза встречаются с моими, и он удовлетворенно продолжает: — но видеть отчаяние в твоем взгляде для меня наивысшая награда.