– Точно не знаю, мама и папа мне ничего об этом не рассказывали, да и я как-то не решался их об этом спросить.
– Они были убиты бандитами. Ты ведь связывался с этими подлыми преступниками, я знаю об этом, даже если и не с ними, то с их детьми. Скажи мне честно, Сава, чем ты мог заниматься, пока твоя мама дома принимала собутыльников, и они вместе уничтожали огромную бутылку водки?
Савок задумался. Он не знал стоит ли доверять этому неизвестно откуда взявшемуся родственнику. Тем не менее, он внушал парню доверие, своей уверенностью, своим спокойствием.
– Хорошо, я скажу правду, – определился Савок, – да, я вступил в банду «Деревенские орлы» и выполнял грязную работу, которую мне давал её лидер по кличке Блондин. Мы нападали на людей и занимались грабежами, на этом и зарабатывали. Я понял, что, занимаясь преступностью, заработаю столько денег, сколько не заработаю на любой другой работе. К тому же, мой друг Паша давно хотел туда вступить. В итоге, он был убит.
– Вашими пособниками? – спросил Дмитрий.
– Да, за провинность, а я только молча смотрел, как бандиты забивают моего друга ногами и руками насмерть.
– И ты всё равно продолжил служить Блондину?
– А что мне ещё оставалось делать? Нужно было зарабатывать деньги. Да и если бы я отказался ему служить, меня могла ждать судьба Паши.
– Да уж… друг мой, это не дело. Я дам тебе свой телефон на всякий случай. Если тебе нужна будет помощь, поддержка, дружеский разговор, не стесняйся, звони. Я тебя нисколько не принуждаю к этому, Сава, это дело лично твое, если хочешь – звони, не хочешь – не звони.
– Хорошо.
– Давай, до встречи, – сказал Дмитрий, встав со стула, подойдя к племяннику и пожав ему руку на прощание.
– До встречи, – ответил Савок.
После этого, Дмитрий покинул своего племянника. Покинул с надеждой, что Сава позвонит ему и этот душевный разговор с племянником не станет последним.
XIII
Буквально через неделю, Сава вспомнил о том, что дядя оставил ему телефон. В целом разговор действительно сильно повлиял на подростка. В коем-то веке он задумался о своей жизни, о смысле своего существования. Ему хотелось вновь пообщаться с дядей, чтобы тот помог ему узнать, кто же Сава такой – будущий бандит или будущий добропорядочный и достойный гражданин.
Сава взял у себя со стола визитку, которую ему оставил Дмитрий, и позвонил по телефону, написанному на ней.
– Дядя Дима, здравствуйте, – сказал Сава, – это я, ваш племянник.
– А, Сава, ты, – отвечал Дмитрий, – как я рад, что ты мне позвонил. У тебя какие-то проблемы?
– Я не знаю, всё очень сложно…
– Возможно, я смогу тебе чем-то помочь. Сейчас я приехать к тебе в гости не смогу – ты приедешь ко мне?
– Конечно, давайте, диктуйте адрес.
Дмитрий продиктовал адрес Саве и объяснил ему, до какой станции метро ехать и на каком автобусе можно было добраться до его дома.
– Спасибо, вы сейчас не заняты? – спросил Сава.
– Не очень, можешь уже выезжать, – отвечал Дмитрий, – пока ты приедешь, я как раз освобожусь.
– Отлично, тогда я выезжаю.
– Только свою бабушку не забудь предупредить, а то она будет переживать.
Сава поехал к своему дяде. В целом, дом Дмитрия был не так далеко, по крайней мере не на другом конце Москвы, а от метро следовало проехать всего-то три остановки на автобусе. Дверь в подъезд была открыта, и Сава прошёл внутрь. Поднявшись на этаж, на котором жил Дмитрий, племянник позвонил в дверь. Тут он услышал, как кто-то вышел из своей квартиры в предбанник и пошёл открывать дверь.
– Здравствуй, Сава, – сказал Дмитрий, открыв дверь и пожав руку племяннику, – и, кстати, не стоит называть меня на «вы», обращайся ко мне на «ты».
– Привет, дядя Дима, – отвечал Сава, – хорошо, если тебе так будет лучше.
– Проходи-проходи, я пельмени купил в магазине и уже сварил, специально для тебя. Любишь пельмени?
– Обожаю! А откуда ты узнал?
– Видимо, любовь к пельменям – это у Голубевых семейное, – улыбнулся Дмитрий.
Сава зашёл в квартиру и разулся.
– Иди на кухню сейчас, – продолжил дядя, – покушаем, а потом обсудим всё, что тебя тревожит.
Племянник пошёл на кухню и сел за стол. Кухня была в целом небольшая, как и вся квартира. Она была рассчитана на двух человек, комната здесь была одна, однако она была довольно просторна. В гардеробе, у входа, висела только куртка Дмитрия.