«Получен урон: 4 укуса. Левая рука сломана. Применение оружия невозможно.
Доступен навык «Болевой порог». Активировать новый навык
Да/Нет?».
– Вот не с навыками разбираться в моменте, выжить бы. Может, «порог» и полезный, но позже разберёмся.
Стал опять доступен для применения «ментальный удар змеи». Два монстра рядом и почти на одной линии, тут же активирую его – оба врага практически парализованы. Вижу, что контуженный в начале боя тараканосверчок пришёл в себя и готовится к прыжку. Применяю по нему «Ледяное копьё».
«Тараканосверчку (1) нанесён урон: 5 укусов. Враг уничтожен.
Получено: 12 чешуек опыта + 2 чешуйки за успешное применение навыков + 3 чешуйки за новый навык. Итого получено: 14 чешуек опыта. Всего имеется: 82 чешуйки опыта».
Использую навык рукопашного боя на твари, которая шла последней и сейчас самая здоровая. Бью по оставшемуся правому усу и фасеточным глазам.
«Тараканосверчку (5) нанесён критический урон: 3 укуса. Ус сломан».
«Тараканосверчку (5) нанесён критический урон: 3 укуса. Враг ослеплён».
На этот раз не увлекаюсь добиванием одной твари, забыв о другом монстре. Уворачиваюсь от нападения второго оставшегося в живых тараканосверчка. Оба ещё не пришли в себя после ментального удара, но даже в замедленном темпе пытаются биться. Уворачиваюсь, хотя это очень непросто из-за суммарного урона и боли в сломанной руке. Возвращаюсь, чтобы добить предыдущее насекомое:
«Тараканосверчку (5) нанесён урон: 2 укуса. Враг убит.
Получено: 12 чешуек опыта + 2 чешуйки за успешное применение навыков. Итого получено: 14 чешуек опыта. Всего имеется: 96 чешуек опыта».
Обмениваемся одновременными ударами с последним оставшимся в живых противником. Гад бьёт меня по многострадальной левой руке, а я ломаю ему лапу.
«Получен критический удар, урон: 7 укусов. Левая рука нуждается в длительном восстановлении.
Здоровье в критической зоне, остался 1 укус здоровья.
Тараканосверчку (3) нанесён критический урон: 3 укуса. Передняя правая лапа противника сломана».
К счастью, последний монстр не успел полностью восстановить скорость после травм и ментального удара, поэтому я провожу решающую атаку быстрее, одновременно увернувшись от его левой лапы, иначе могли бы остаться здесь лежать оба.
«Тараканосверчку (3) нанесён урон: 3 укуса. Монстры уничтожены.
Получено: 12 чешуек опыта + 2 чешуйки за успешное применение навыков. Итого получено: 14 чешуек опыта. Всего имеется: 110 чешуек опыта».
– Шпашибо, Ламия, я вису, сто унистосены, – прошипел я в ответ на сообщение системы. Целых зубов не осталось после боя, так что дикция весьма затруднена.
О чём я думал в минуты, когда израненный ползал между трупами смердящих тараканосверчков, собирая трофеи? Вряд ли кто-то догадается, а делиться такими странными мыслями я бы не стал. Я вспомнил, что в одной известной видеоигре про бронированные боевые машины получил бы за этот бой целых две очень редкие медали. Первую – за уничтожение пятерых противников, оставшись последним среди команды. Я был один изначально, но это же не так важно, правда? Вторую – за уничтожение пятерых противников, потеряв почти всё здоровье. Игру поминать не стану, она стала для меня неназываемой после того, как перестал тратить на такие развлечения время.
От одного из врагов трофея не осталось – видимо, это был тот монстр, с которым я столкнулся. Получил четыре конечности за остальных тараканосверчков. С больши́м трудом дополз до террариума, с третьей попытки смог отворить дверь, ввалился внутрь и, после закрытия капсулы, тут же отрубился.
Глава 8. Шины не только для машины
Когда я очнулся на кровати, то подумал, что рука у меня сломана и здесь, не только в мире ледяной пустыни. Я конечности не чувствовал, потом потрогал другой ладонью, почувствовал боль. Постепенно проснувшись, понял, что просто отлежал — спал на ней, и всё онемело. По времени пора было бежать на занятия по филадскому, они начинались через полчаса. Благо жил совсем рядом, успел к началу учёбы. Всего в языковой школе для иностранных студентов на курсах, аналогичных нашим, занималось больше 200 учеников. Были ещё программы краткосрочные — для приехавших по культурному обмену, для беженцев — тех обучали на базовом уровне, чтобы могли элементарные вещи понимать и говорить. Языковая школа — это единственный факультет Университета Филадской Республики имени первого президента, на котором студенты оплачивали занятия. Все остальные факультеты были исключительно бесплатными в период описываемых событий.