Когда на второй неделе материалов снова не было, рабочие заволновались:
– Что они там делают, в цехе кройки, почему не шлют нам работу? Почему мастера не озаботились этим вопросом? Им-то все равно, у них твердый оклад, а нам это сильно ударит по карману! Юрис, сходи-ка и выясни!
– Они сидят без работы, как и мы. В подготовочном цехе нет материалов, ни единого метра. – Вернувшись, Юрис беспомощно развел руками.
– Почему нет?
– На главном складе какой-то застой.
– А что делают снабженцы?
Юрис Эгле пожал плечами. За материалы отвечал не он.
Под угрозой оказался не только месячный план и с ним премии для рабочих и руководства, но самое главное, годовой план и тринадцатая зарплата.
– Я требую, чтобы план был выполнен! – Таисия Феоктистова впервые повысила голос на производственном совещании.
– Вам следовало потребовать этого раньше, и не у рабочих, а у вашего заместителя. Тогда цеха не оказались бы в таком состоянии, – резко ответила Миезе.
– Есть объективные причины того, что до сих пор наблюдается нехватка материалов, – оправдывалась Нина Иванова, заместитель директора по закупкам.
– Любой может найти такие отговорки. У нас должен быть запас хотя бы на неделю.
– Это значит, девять тысяч метров костюмной ткани. Куда мне все это девать, может быть, сложить в свой кабинет?
– Об этом нужно было думать все эти годы. Это не первый раз, когда у нас простой в работе. – Старый мастер Круклис не боялся начальства, выкладывал всю правду прямо в глаза.
– Хватит ругаться. Лучше вместе придумаем, как выбраться из этой сложной ситуации, - прервала спор Таисия Феоктистова.
- Чего так волноваться! Ничего чрезвычайного не произошло. Сегодня мы поедем за материалами. Утром материалы будут на месте, - пообещала Нина Иванова.
- Конечно, вам это не кажется чрезвычайным происшествием, - завелась Миезе. - Вы, как обычно, будете потягивать кофе и листать модные журналы, а вот ваши рабочие будут из кожи вон лезть, лишь бы вытянуть план.
- Никаких личных оскорблений, пожалуйста! - попыталась защитить подругу директор филиала. - На центральном складе были большие проблемы.
- Нам следовало обратиться к руководству компании, они бы отдали распоряжение выдать нам необходимые материалы. Им понадобится еще два дня, чтобы измерить, разметить и раскроить. Так что месячный план придется выполнять за две недели. Это нормально? У многих женщин дома маленькие дети, кто будет за ними присматривать и ухаживать, пока их матери работают в две смены?
– Мы не можем приказывать работницам, мы можем только просить. Если они не хотят работать сверхурочно добровольно, мы не можем их принуждать, – осмелилась возразить председатель профсоюзного комитета, сама бывшая швея. – И вообще, профсоюзный комитет против такой перегрузки и переработок. От этого страдает здоровье работниц.
– И в итоге создается бракованная продукция, – напомнил всем Круклис хорошо известную истину.
– Давайте пока подождем. Пусть швейный цех выполнит годовой план, тогда подумаем об этом, – решила Таисия Феоктистова.
*
– Полмесяца мы бездельничали, теперь будет пахать вдвойне, – сердито сообщил Даумант, вернувшись домой. – Мастер назначил меня исправлять брак. Представляешь, в нашей бригаде нашлась парочка типчиков, которые отказались работать по субботам и в пятничные ночи. Из старых, разумеется. Объявили, что им, мол, здоровье важнее нашего плана. Эгоисты, думают только о себе!
– У нас тоже как в преисподней. Начальство набрало столько заказов, что мы не справляемся. Я сейчас шью платья на выход. С дешевыми платьицами работают практикантки. И все равно до Нового года мы никак не уложимся. Мастер сказала, что кто будет оставаться на работе подольше, тем она выбьет премию побольше. Как считаешь, стоит того?
– Решай сама. Если устанешь, иди домой, не вреди себе.
– Миезе стала чересчур наглой, села нам на шею и ножки свесила, – когда все вышли, заметила Нина Иванова. – Я бы на твоем месте ей влепила выговор и срезала премию, чтобы она знала свое место.
– Она уже много лет здесь работает, – директриса засомневалась. – Работники ее любят и уважают.
– Я в это не верю. Хочешь, пришлю к тебе старшего мастера второго участка Тимпу, она тебе такого порасскажет…
*
На башне церкви Петра часы глухо пробили десять раз, когда Юрис Эгле сдал мастеру Круклису последний жакет. Годовой план был выполнен и даже перевыполнен на пару процентов. Честь филиала была спасена.
– Спасибо, друзья! Я обещаю вам, своим товарищам, что никогда больше не будет таких авралов, пока я буду начальницей цеха, – обещала Миезе. – Все сделаю для того, чтобы работа спорилась, чтобы все шло нормально, и от вышестоящих буду требовать того же.