Таня смотрела на него, как на спасителя. Она пыталась поймать его взгляд, чтобы он понял весь ее ужас.
Охранник что-то сказал на турецком и взял Сергея за плечо. Только в этот момент, тот убрал руку с шеи Тани. Она продолжала стоять, прижавшись к стенке раздевалки.
- Help me! Help me, please! – Таня пыталась донести охраннику, что ей действительно нужна помощь. Тут она поняла, что стоит в нижнем белье, и охранник даже взгляд на нее не поднимает. Он выводил Сергея в зал.
Таня за секунду надела на себя майку и пока натягивала джинсы к ней заглянула продавщица, с полным недоумением в глазах. У Тани текли слезы по щекам, но она этого не замечала. Она схватила за руку продавщицу и сделала жест рукой, чтобы она говорила тише. Таня решила, что та может ей помочь выйти отсюда не через главный вход. Ей надо было что-то предпринять, адреналин заполнил весь организм, нужно было спасаться, бежать.
Девушка понимающе кивала головой, выглянула из раздевалки и сделала молча знак рукой, что Тане можно выходить. Она схватила свою сумку, перебросила через плечо и проследовала за ней. Запасной выход находился на грани зоны примерочных и торгового зала, Сергей мог ее увидеть. Действовать надо быстро.
Продавщица прошла к выходу и открыла дверь, потом махнула Тане.
Небольшого размера лестница должна была вывести ее с третьего этажа куда-то на задворки улиц Бейоглу. Так представляла себе Таня. Она рванула вниз так быстро, как могла. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Таня бежала по ступенькам и слышала только стук сердца, он заглушал все. Она даже не могла услышать за ним, не бежит ли за ней он, Таня только раз заглянула на лестничный проем вверх, но никого там не увидела.
Добежав вниз, Таня поняла, что дверь на улицу не открывается, она со всей силы пыталась вытолкнуть ее, но не получалось. Таня судорожно осматривала все по периметру двери, клавиши, кнопки, хоть что-нибудь! И действительно, около выходы был выключатель, более похожий на выключатель света, но нажав на него, дверь поддалась, и Таня вышла на уличную жару.
Это был двор без праздничного марафета, грязный и вонючий, что скрывается за туристическими улицами, которые в последние годы пытаются массово привести в порядок.
У Тани перед глазами все прыгало и плясало из-за стресса. Она оборачивалась вокруг себя, чтобы найти выход. Это было очень неоднозначно. Калитка. Опять Таня стала все дергать и нажимать в попытках выбраться отсюда.
И наконец-то Таня была на улице. Она перебежала дорогу и кинулась к переулочку, где было больше всего людей. Она просто шла вперед, боясь обернуться и увидеть Сергея.
А он действительно был позади нее.
Таня почувствовала это своей спиной, ей даже не надо было оборачиваться.
Она ускорила свой шаг на легкий бег, обошла Галатскую башню и за поворотом узкой улочки резко рванула вниз. Таня сама не понимала, почему она выбрала этот маршрут, у нее не было в голове точки спасения, куда она сможет спрятаться. Ее тело действовало на основе своего инстинкта самосохранения, Таня просто бежала вперед, сердце готово было выскочить.
- Остановись, я сказал тебе! Таня! – она уже слышала его голос за спиной.
- Нет-нет-нет, - Таня просто твердила сама себе, пытаясь не поскользнуться на гладкой от времени и количества туристов брусчатки, все эти склоны к Галатскому мосту никак не были предусмотрены для бега.
- Стой, Таня! Ты не спрячешься!
Она врезалась в людей, обгоняла, кричала «Sorry» и бежала дальше. Сбежав по лестнице, Таня быстро пыталась понять, куда ей направиться дальше. Налево – в Кабаташ, или на Галатский мост.
Где она найдет спасение? Одна в этом городе, никто уже тебе не поможет, Таня! Тут ты лицом к лицу со своим зверем. Ты должна сама разобраться!
Но как?
У нее срабатывал единственный инстинкт – бежать!!!
Таня увидела приближающийся к остановке трамвай и рванула вперед, надо было перебежать самый оживленный перекресток и трамвайные пути. Так как в Стамбуле все плевали на цвет светофора, Таня давно уже научилась переходить дорогу, как местные. А это – беги в любое время!
Она ловко перебежала дорогу, махая водителям рукой, как бы останавливая их, обойдя автобус, вышла к трамвайным путям, нащупывая у себя в кармане джинсов транспортную карточку. Без нее к трамваю не попасть!
Трамвай уже гремел, обозначая свое прибытие на остановку, а еще, чтобы такие, как Таня перестали перебегать дорогу прямо перед ним.
Вдруг всю улицу заполнил пронизывающий звук гудков машин, скрежет тормозов и крики.
Таня впервые обернулась.
Вокруг как будто все замедлилось, растянулось, снизилась резкость изображения, как в замедленной съемке. Люди, машины, крики, как будто из-под воды доходили до Тани.
Она вышла с остановки трамвая, куда уже успела забежать, приложив карту.
Таня шла обратно, ничего точно не зная, но чувствуя все своим телом, что произошло. Она могла бы сейчас поспорить с кем угодно на это.
Просто, потому что резко ее тело перестало чувствовать опасность, Таня перестала чувствовать себя затравленным собаками зайцем, бегущим и запутывающим след.
Он лежал рядом с трамвайными путями, всего в нескольких шагах от остановки. Значит, он ее почти поймал.
Но нет.
Кровь и звуки сирены.
Таня стояла внутри толпы и молча смотрела на происходящее. Тело от усталости было такое тяжелое, что не хотело двигаться.
Его тело, как оно лежало. Видимо, его сбил трамвай, когда он пытался перебежать пути в погоне, и Сергей отлетел в металлические ограждения, а потом на асфальт. Потому что везде была его кровь.
Скорая помощь приехала очень быстро, как будто была совсем рядом. Полицейский отгонял толпу, пока скорая пробивалась к месту происшествия.
Его грузили на специальную переноску, и Таня увидела его лицо. Оно выражало полное спокойствие. И он был точно жив.
Когда Сергей был уже в машине скорой помощи, Таня подбежала к полицейскому, и как только могла сейчас говорить на английском сказала, что знает, как его зовут.
Полицейский все записал, взял Танин номер телефона и назвал больницу, куда везут сейчас Сергея.
Толпа расходилась по своим делам, спектакль был окончен. А Таня так и продолжала стоять у трамвайной остановки. Она не знала, что ей теперь делать. Ее спектакль тоже был окончен.
.
Она искала в больнице хоть кого-то, кто бы говорил на английском. Но Таня нашла даже русскоязычного сотрудника. Она сама себя не понимала, зачем она тут. Но не прийти не смогла.
Ее подвели к палате, где через прозрачную дверь было видно, что это он. Сергей лежал весь перевязанный с трубками во рту. Ее главный страх, ночной кошмар, человек, наводящий на нее ужас, был тут. В белоснежной палате. Беспомощный и тихий.
У нее все застонало внутри.
Зайти Таня отказалась.
- Что с ним?
- Множественные ушибы и переломы. Самая большая проблема с позвоночником. Если честно, сейчас никто не скажет, сможет ли он ходить.
Таня смотрела на него сквозь дверь. Ей нужно было еще какое-то препятствие, что-то защитное между ними. Хотя оно было уже очень велико.
- Тут его долго держать не будут, его нужно перевозить в Россию.
- Когда?
- Как только кто-то оплатит это.
- Сколько нужно? – Таня достала из сумки банковскую карточку с деньгами от продажи кольца.
.
Над головой, как дикие мартовские кошки, кричали чайки. Большие, белые и наглые. Был выходной и в центре Стамбула было невероятно много людей. Таня шла сквозь толпу, мастерски уворачиваясь и улыбалась.
Как будто все спокойствие мира легко ей на плечи. У нее сейчас не было денег, не было работы, не было жилья, не было друзей. Но она наконец-то почувствовала свободу, от которой хотелось рыдать, как будто кто-то наконец-то сдвинул задвижку и ей теперь позволительно дышать полной грудью. И этот кислород пьянил.
Не было страшно ничего! Ничего в это мире! Ты можешь все, когда ты свободен!