— Ну как?
— Похож на попугая, — безапелляционно заявил енот, развалившись в кресле.
— Ну… зато привлекаю внимание, — хмыкнул Аарн. — Как думаешь, клюнет?
— Начальник, да не переживай ты так. Получится обязательно. Я уверен.
Вера Шанти в то, что всё будет хорошо, не приобадривала, наоборот, скорее навевала тревогу. Но делать было нечего. Вечер постепенно вступал в свои права, а значит, нужно оказаться на набережной. Желательно первым, если найдётся кто-то ещё, кто захочет воспользоваться странным предложением из газеты. Главное, чтобы она не нашла себе какого-то спутника уже сейчас. А то будет неловко и неприятно.
ГЛАВА 3
До вечера Ингри приводила себя в порядок. Ей постоянно казалось, что она что-то упускает из виду, что действует слишком медленно, что недостаточно хорошо вживается в роль.
— Так, Диэния, у тебя сестра недавно вышла замуж за бесприданника, мелкая идиотка. У вас небольшое имение, и, чтобы дать молодым немного времени наедине, отец с матушкой отправились в охотничий домик, а тебя отослали на курорт. На самом деле они надеятся, что ты тут найдёшь кого-то поприличнее и тоже выскочишь замуж, но надежды и реальность редко пересекаются. Богиня не одарила ваш род сыновьями, да и дочерей всего две, все остальные дети умерли во младенчестве…
Ингри старательно заучивала легенду, пытаясь влезть в шкуру несуществующего человека. Отчаянно не хватало помощников. За время отбора у семейки Ноэль Ингри так привыкла полагаться на помощь химер, что постоянно ловила себя на том, что хочет отдать приказ.
— Так, от этой привычки надо тоже избавляться. У вас была одна горничная на всех, поэтому ты умеешь сама затягивать корсет, — ворчала под нос Ингри, пытаясь справиться с лентами.
Когда-то она и вправду умела это делать и очень даже ловко, но потерять навык несложно. Промучившись с десяток минут, Ингри наконец-то победила корсет и смогла заняться остальными деталями гардероба.
Хорошо хоть чулки без подвязок, на алхимической ленте. Можно не возиться с ними. А вот с пышной юбкой такой номер не пройдёт. И с лифом. И с туфлями.
— Да стоять! — рыкнула Ингри, когда уже почти до конца затянутый корсет ослабил свою хватку.
А всё почему? Потому что неудобно работать руками со спины и пытаться завязать одну пару лент, удерживая вторую. Хотелось картинно надуть губки и упасть, ожидая, пока кто-то решит эту проблему, но Ингри была не из тех, кто просто так складывает руки и плывёт по течению. Она хотела отдохнуть, добыть сенсацию и, чего уж там, попытаться выкинуть Гаринора из головы. Последний разговор с королём не задался. Туда не получилось вставить даже намёк на чувства.
Сборы заняли довольно много времени, но Ингри никуда не спешила. Пусь тот самый помощничек подождёт. А может, он будет и не один. Нечего тут прихдить вовремя. Привычка опаздывать — очень полезная. Помогает убедиться, что ты не пустое место. Сама Ингри была до ужаса пунктуальна, но понимала, что леди Диэния не из таких. Собравшись, журналистка села на банкетку в прихожей и принялась ждать, старательно продумывая план: идти медленно, неторопливо, смотреть по сторонам, обмахиваться веером.
В мыслях всё выглядело проще простого, но стоило выйти за дверь, как ноги сами понесли вперёд. Даже галька с трудом сдерживала размашистый шаг Ингри. Приходилось постоянно одёргивать себя и требовать достойного поведения.
“Кажется, матушка говорила, что леди никогда и никуда не спешит, — задумчиво закусив губу, подумала Ингри. — Но сколько лет ты не была леди? Эта наука уходит, как и многие другие привычки. Самостоятельная Ингри Лонс не могла быть мямлей, а теперь придётся загонять её куда подальше”.
Набережная встретила Ингри катящимся к горизонту солнцем и прогуливающимися парочками. Всё казалось таким идеальным, что журналистка даже зубами заскрипела. Чутьё подсказывало, что Мольтране только с виду такой красивый, на самом деле у него, как и у любого другого города, где-то прячется теневая сторона. Нужно только хорошенько покопать. О, Ингри бы с удовольствием покопала. Но Диэния Дэенс не могла себе это позволить.
Поэтому она медленно шла по набережной, стуча каблучками. Обещанных Гэдриком вещей ещё не было. На Ингри удивлённо оборачивались и провожали задумчивыми взглядами. Она была не к месту, и это отчётливо бросалось в глаза.
Остановившись у лестницы, ведущей к созеру, Ингри принялась высматривать кого-то в красном платке. Почему красном? Потому что этот цвет вышел из моды пять лет назад. Вряд ли кто-то из тех, кто отдыхает в Мольтране, наденет что-то подобное по доброй воле. В этом сезоне в моде лавандовый, чтобы подходил к фиолетовым волосам избранниц.