– Усыпил девчонку? – От голоса напарника, раздавшегося совсем близко, блондин невольно вздрогнул, а потом раздраженно отмахнулся, бросив короткое:
– Бес знает!
В то же время девушка в купе выпрямилась и, указав незваным гостям на соседнее кресло, потерла пострадавшее плечо. Ищейки переглянулись, подумали, затем перезарядили арбалеты и вновь приоткрыли дверь, чтобы выпустить в беззащитную девушку новую порцию транквилизаторов.
– Ну вы и трусы! – презрительно фыркнула жертва… не размыкая губ. А дротики, стукнувшись о твердое тело, снова попадали. В этот момент оба охотника окончательно осознали, что по откатанной схеме ведьму им не взять, и, обменявшись взглядами, решили действовать по старинке.
Резко рванув в сторону дверь, оба ввалились в купе и кинулись к Ане, заметно удивленной такой реакцией на ее приглашение. Дальше все было просто: схватить девчонку, не давая ей возможности и пальцем пошевелить, закрыть рот, чтобы не успела произнести заклинание, потом спеленать подручными средствами, усыпить, наконец, и вынести из поезда, завернув в простыню, одолженную у проводницы. Вот только стоило прикоснуться к ведьме, чтобы понять: это не она! Более того, это вообще не человек, а набор костей под на диво реалистичной иллюзией!
Улыбка чудовища, маскирующегося под Анну Вельскую, была жуткой.
– Но как же… запах? – растерянно прошептал один из блондинов, отступив от фальшивки. Он чуял, что пахнет ведьмой, именно той, которую они чуть не поймали на вокзале. Причем пахнет именно от сидящего в кресле непонятно кого!
– Очень просто, – ответил женский голос из глубины просторного кресла, хотя фальшивка сидела с краю и, продолжая довольно скалиться, смотрела на медленно оседающих мужчин, ставших жертвой двух картонных бабочек, незаметно опустившихся на их головы. – Вы пытались усыпить меня, господа, – сказала настоящая Аня, скинув с себя заклинание «отвода глаз», – но уснули сами. Справедливо, не правда ли?
Граф, с которого сползла чужая маска, согласно кивнул, посмотрев на сообщницу, которая легко разместилась с ним на сиденье. Кресла в купе были удобные и просторные, хоть и рассчитывались на комфортную поездку одного пассажира. Но с габаритами скелета и его спутницы места им вполне хватило. Близость этой парочки обеспечила обман бьерновского обоняния, магия – обман зрения, а заранее заготовленные карточки с заклинаниями – обман отточенной годами реакции ищеек. Они просто не почувствовали прикосновение невесомых крыльев, озадаченные спектаклем, потому и не успели увернуться от облаченных в форму бабочек заклинаний.
Наклонившись, лич поднял с пола неиспользованные дротики и без помощи арбалетов вонзил их в тела спящих блондинов.
– Угу, для надежности, – прокомментировала его действия ведьма, выбираясь из кресла. – Теперь бы еще затащить этих амбалов на сиденья, прикрыть иллюзией и… сойти с поезда.
В доме господина Леру…
– Как? Ты недовольна? – спросила Аня, хитро улыбнувшись с экрана планшета своей подруге. – Красивый, богатый бьерн сделал тебе предложение. И заметь, он готов взять тебя старшей женой со всеми вытекающими, а не узаконенной любовницей, как было со мной. И что тебя не устраивает? – откровенно иронизировала ведьма, припомнив разговор с некроманткой, когда Эритэ примерно в той же насмешливой манере убеждала ведьмочку, что Акиллар Рурк – хорошая партия.
– Типа вернула мне мои же слова, да? – покачала головой Элгрэй, сидевшая рядом с Северьяном на удобном диване в гостиной Леру.
Малыш гонял по большому экрану машинки, ловко орудуя джойстиком. С Аней он уже поговорил, и она пообещала сделать все, чтобы приехать к нему как можно скорее. Так что теперь ребенок спокойно занимался игрой, которую подарил ему дядя Жак, не вмешиваясь в беседу своих мамочек – настоящей и крестной.
– Ну, тебе полезно немного побыть на моем месте, – усмехнулась Вельская. – А Киллару полезно получить по наглой волчьей моське от невесты, не связанной с ним их дурацкими законами и прочими бьерновскими штучками.
– О! Это завсегда пожалуйста, – отозвалась некромантка и улыбнулась, вот только вышло как-то не очень весело.
Анна покачала головой, наказала подруге не грустить и не грузиться по пустякам, затем поблагодарила за Графа, в обществе которого чувствовала себя уверенней, и, сказав, что им с напарником пора покидать поезд, помахала сыну и подруге рукой, после чего отключилась, пообещав позвонить, когда решит вопрос с брачной меткой. Эритэ же, тоскливо глядя на потемневший монитор, тихо пробормотала: