— Ваша опочевальня леди. — Низкий поклон и стремительное бегство не давали покоя, никогда не считала себя сердобольной, но ситуация в которой находились здешние девы, плохо отражалась на мне.
В первой комнате, которая оказалась гостиной был большой диван. На против которого стоял стол, ковёр расстилающийся по всему полу, полки и тумбы с разными статуэтками, вазами и цветами. Главной радостью стали отдельные спальни для каждого гостя, что было мне на руку. Соседей ждала долго, зато я успела обнаружить несколько прослушивающих амулетов. Я усмехнулась от такой чрезмерной осторожности. Когда вернулись "родители", они были в стельку пьяны, шаткая походка, неуверенные шаги, запах алкоголя витавший в воздухе, не оставлял и шанса дл ля нахождения там. В районе часа ночи я проверила комнаты, где обнаружились храпящие тела. Это стало последней точкой терпения и я начала воплощать свой план в действия.
Прослушка тоже пришлась кстати. Навесив полог тишины, стала кричать о помощи, имитируя похищение. Разорвала простынь и одеяло. Размазала собственную кровь по полу и до подоконника. Осколки разбитой вазы и перевернутый прикроватный столик стали отличным завершением сего "преступления". Открыла окно, на вскидку я была на третьем этаже. Переоделась в более удобную одежду состоящую из штанов, кожаных сапог, кофты с высоким воротом, маски на лицо, плащ, ремень на котором удобно расположились изогнутые клинки. Выглядывая в окно я запоминала маршрут и время пересменки стражников.
Верёвки не хватило совсем чуть-чуть. Не знаю насколько громко я спрыгнула, но внимание не не привлекла. Кусты, темные углы и закутки стали моими приятелями, в этой тёмной ночи. Очередной куст стал моим местом засады. Слыша голоса, пригнулась как можно ближе к земле, затаив дыхание.
— Ну что как проведём остаток времени? — Донёсся укол одного из стражи.
— Сегодня праздник, так что пошли отдохнем в доме у Матильды.
— Хахаха ты как всегда прям и краток. — Весёлые голоса отдалялись.
Уже стоя перед самой оградой, обернулась к замку и сплюнала, показывая моё отношение к нему.
Когда время перевалило четыре часа, я смогла спокойно вздохнуть в номере одной из таверн. Глядя на себя в зеркало из меня вырвался вздох. Мужские тонкие черты лица. Пришлось воспользоваться косметикой, лежавшей в сумке из нашего мира. С цветом кожи было трудно, но оказалось что тут имеется своеобразный автозагар, которым пользуются девушки с болезненной бледностью. Стала как можно смуглее, под глазами образовались залежи темных кругов и мешков, сухие потрескавшиеся тонкие губы. На нос налепила накладную горбинку, которой пользуется актеры театра, брови накрасила и сделала гуще и темнее. Волосы пришлось обрезать до скул, я не сожалела и не расстраивалась, никогда не понимала тех девушек что плака лоли на стрижках и покрасках волос, это же просто волосы которые отрастут. И всё же я частлива что всё так удачно складывалось и это сильно настораживало, зная как со мной раньше обращались, или как трудно всё дается. По этой причине мой разум беспокоился только из-за денег. Обучение было платным для всех и год обучения стоит пятьсот золотых, что было не посильным для простых людей. Я же скопила денег которые мне давали на некоторые расходы, продала украшения,попавшие в моё пользование и кое-что украла у барона как моральную компенсацию. Все нужные вещи были давно подготовлены.
Поднялась до восхода солнца. Умылась, нанесла новый грим, обматала грудь куском оторванным от простыни. Надела одежду. Штаны облепили ноги как вторая кожа, хлопковая кофта с коротким рукавом, куртка сшитая из плотной шкуры и кожанных вставок, сапоги по щиколотку на шнуровке и ребристой подошве. Скарб за плечи и я готова влиться в новый, неизведанный мир.
Розыск и счастливый полёт
Спускаясь по лестнице, я отчетливо слышала голоса голдящие на этаже. Когда-то крепкий дубовый пол, ныне представлял собой прогнившую скрипучию конструкцию. В обеденном зале витали ароматы готовящихся блюд и кислый запах захмелённых посетителей. Место моего ночлега не отличалось благородством и утончённостью. Кривые столы, покосившиеся стены, девушки с низкой социальной ответственностью на месте подовальщиц.
Выбрав самый неприметный столик, в конце залы в затемнённой нише, ожидала прихода здешней официантки. С моего места открывался обзор на снующих туда-сюда людей. Створки на кухню то и дело открывались, за соседними столиками было пусто, но чуть по дальше от меня был стол за которым сидели местные пьянчужки, что-то очень громко обсуждая.