— Старший сержант Кривошеина вам не стыдно перед молодым человеком в таком виде сидеть? — и смотрит на нее почти как Ленин на буржуев.
— А что не так? — оглядывает себя Ленка. Галифе застегнуты, на нательной рубахе пуговки вверху тоже, кроме парочки. Ничего интересного совсем не видно.
— Да Коленька у нас еще маленький, — хихикнула Наташка, сообразившая к чему этот вопрос Ветлицкой, и ласково погладила меня по голове. Сидит рядом вроде бы одетая, но без ремня — верх гимнастерки расхристан. Не, ну посмотреть на нее приятно, но руки я даже не думал никогда распускать — не те отношения.
В общем, накидала мне Снежная королева на первой попавшейся бумажке параграфы учебника по истории, которые я должен завтра самостоятельно одолеть — она в командировку за новыми радиолампами укатывает — и ушла. Галка Красницкая — оружейница с «шестерки» Стародубцева — вскочила со своей койки в одном исподнем и попыталась изобразить походку младшего воентехника. Нет, также красиво повилять попкой у нее не получилось, но звонкий девичий хохот грянул на всю казарму.
— И чего она все время задается? — задумчиво протянула Ведерникова. — Одно слово — белая кость, — и вернулась к химии.
С физикой и математикой я, к собственному удивлению, почти разделался. Как-то оно совсем легко у меня пошло-поехало. Что-то такое накатило и вдруг понял, что знаю эти науки получше Ветлицкой. Более того — вижу грубейшие ошибки в некоторых основополагающих понятиях о мироздании. Представляю себе, как устроен атом и даже его ядро — комочек протонов с нейтронами. Сообразил, что такое дефект массы и чуть-чуть ужаснулся — только атомной бомбы с радиоактивными осадками нам сейчас и не хватает. Въезжаю, что все мои проявившиеся знания пришли из загадочных глубин чужой памяти. Оттуда же, откуда взялся турбокомпрессор. И как этот некто настолько четко запомнил по случаю рецензируемый им диплом? Совершенно непонятно. В то же время отчетливо понимаю, что говорить обо всем этом никому нельзя. Дело даже не в том, что не поверят — наоборот, как выложу некоторые научные представления и технологии будущего, чуть ли не молиться начнут. В «золотую клетку» законопатят до конца жизни. Не хочу! Это извне пришедшее сломает меня, Кольку Воскобойникова, если не вообще убьет. Тело останется, а души не станет. И эти отрывочные сведения из истории… Да я и без них всегда был уверен в нашей победе над фашистами. Потому что папа обещал, потому что мы правильнее, чем они, потому что… Не хочу раскладывать эти ощущения по полочкам. Для меня девчонки рядом — живые и настоящие, а не давно уже умершие. Выкладывающиеся в этой войне ради своей Родины, а не по принуждению коммунистов, как изоврут потом наше время…
Чертова дюжина — счастливое число или нет? На первом Яке мы с дядей Витей на двоих сбили шесть самолетов противника. На втором комполка уничтожил пятерых фашистов, не считая несколько очень ответственных полетов на разведку в тыл немцев. Хорошо послужила боевая машина, но… Как подполковник Коноваленко довел до нашего аэродрома избитый в хлам истребитель да еще посадил его, пусть и на брюхо, совершенно непонятно. В обеих плоскостях рваные дыры, бензин из пробитых баков подтекает, киль до половины срезан, правая часть руля высоты вообще отсутствует, фюзеляж так повело, что на глаз заметно. Вылез из убитой машины, помахал нам, бегущим к нему изо всех сил, показывая, что сам цел, погладил по измочаленной законцовке крыла и заметно устало потопал в штаб.
Через два часа прикатили на полуторке летчики из соседнего штурмового полка. Выставили ящик водки — наверное всю свою часть на «наркомовские» обделили. Понятливые люди — ну не со спиртом же, которого у нас самих хватает, приезжать благодарить. Потом во время совместной пьянки долго благодарили нашего комполка и его ведомого лейтенанта Стародубцева. Вдвоем наши истребители смогли отбить атаку четверки мессеров. «Чертова дюжина» убита в хлам, Як-7 лейтенанта ремонту подлежит только в ПАРМе, а на главной цели «худых» — шести штурмовиках Ил-2 — ни царапины. И задание они успешно выполнили — накрыли артиллерийскую батарею немецких полевых стопятимиллиметровых гаубиц.
— Не, ну ты подполковник мастер, — в очередной раз восхитился командир штурмовиков, — как вы вдвоем умудрялись отгонять фрицев, пока мы на боевом курсе были — уму непостижимо!
— А тут не понимать надо, а начальство трясти, — наставительно возразил Коноваленко, — чтобы вам наконец-то двухместные машины дали со стрелком и крупнокалиберным пулеметом в жопе. Есть говорят уже такие.