— Сто двенадцать? — уточнила я.
— Когда я уходил, она была жива, — ответил он.
— А Иберис? — спросила я, не отрывая взгляда от огня.
— Старик был человеком Каладиума. Предполагаю, что и остался там врачевать. Может, там ты и найдёшь сто двенадцать, — сказал он, не сводя с меня внимательного взгляда.
Я всматривалась в огонь, который ярко горел в камине, отбрасывая оранжевые отсветы на стены.
— Искать их не буду, — сказала я спустя некоторое время.
— Даже Нокса? — приподнял бровь Нертера.
— Слишком хлопотно, — взмахнула я рукой. — В мире не существует заклинания, которое позволило бы мне найти источник. А проверять каждого обладателя тьмы мне просто не под силу.
Глава 12. Отсутствие света
Вернувшись к себе после долгого разговора с Нертерой, я тихо вошла в спальню и устало опустилась на постель, устремив взгляд в потолок.
— Чёртов бардак.
Каждый раз, как решаю одну проблему, на её месте вырастают две новые. Теперь надо собраться с мыслями и рассмотреть всё по порядку.
Гримуар наконец найден, осталось только передать его Каладиуму. Если Нертера вернётся во дворец, мне не придётся разбирать эти бесконечные письма и следить за советом — эта хитрая лиса сама справится.
Территорию империи от Арабиса я защищала как могла; отце, если вдруг ему вздумается устроить апокалипсис, Тени позаботятся и об этом.
Оставался Нокс.
Его герцогство — обширная земля, богатая ресурсами, которую Империя уже вовсю осваивает. Если Нокс появится с претензией на свои владения и предъявит договор, Юстиция рискует лишиться третьей части своих земель. А учитывая его отношение к Руэллии, казалось, что лучшим решением было бы просто убрать его — раз и навсегда.
Я разбирала стол, заваленный чертежами и бумагами, освобождая место для новой идеи. На свежем пергаменте я аккуратно чертила октаграмму, предполагая, что если объединить все стихии, то, возможно, удастся выявить источник. Основные элементы — огонь, вода, земля и воздух — могли послужить проводниками для поиска утраченного. Освободив кабинет, я села на пол и начала рисовать сложную схему, которая была у меня в голове.
Окружив себя символами и магическими компонентами — водой, пламенем свечи, солнечным камнем для света и осколком чистой молнии из кристалла Каладиума, я подготовила заклинание. Сосредоточившись, произнесла:
— Reperio absentis fragmentum fundationis mundi.
Перед глазами пронеслась тьма, лёгкое помутнение, но результат оставался прежним. Оглядевшись, я заметила мелкие ошибки в знаках и поправила октаграмму, снова повторяя заклинание:
— Reperio absentis fragmentum fundationis mundi.
Ничего. Никакого отклика. Еще раз проверив все линии и символы, я начертила новую октаграмму, усилив связи между стихиями.
— Reperio absentis fragmentum fundationis mundi.
Молчание. Источник не отзывался. Смиренно стерев с пола все знаки и символы, я выпрямилась.
— Ладно. Попробую в другой раз. — ответила я, и спокойно легла спать увидев, что за окном темно.
Не успела я даже уснуть, в мою комнату ворвался Тенек, подошел и сдернул одеяло.
— Что ты сделала? — прорычал ледяной голос из темноты.
— Приняла ванну и легла спать, — ответила я, глядя в пустоту его капюшона.
— Сейчас утро.
— Тогда позавтракай и выпей чай. Но зачем меня-то будить? — я зевнула, вернула своё одеяло и снова закуталась, собираясь досыпать.
Но Тенек не дал мне такой возможности: он рывком сорвал одеяло, а затем схватил за щиколотку, словно намереваясь стянуть с кровати. Я вырвалась, отодвинувшись на противоположный край кровати. В голове промелькнула мысль о том, что неплохо, что кровать такая большая.
— Если тебе так не нравится чай, мог бы сразу сказать. Существует другие напитки ... и успокаивающие отвары, — сказала я, перескакивая на другую сторону, как только он делал шаг в мою сторону. — Настойка на ромашке, например, успокаивает нервы.
Но Тенек не стал слушать советы: из тени его плаща сверкнул клинок. Я, отступая, продолжала:
— Шиповник тоже неплох! А с ромашкой даже полезен!
Меч взлетел и рассек кровать пополам по диагонали.
— Двойная доза не повредит, — пробормотала я, наблюдая, как он, не обращая внимания на мои слова, подходит ко мне с обнажённым клинком. Он схватил меня за запястье и, не колеблясь, повёл к окну.
— Ты покрасил окна в черный и решил показать как ты в этом хорош? — бросила я, чувствуя, как напрягся его захват.