Мама прекрасна всегда, даже когда кричит. Ее просто невозможно не любить.
Санчик – ее любовник. Один из. Вообще-то он с нами не живет, да и сама мама живет в другом месте. Они приехали вчера поздно вечером. Пили шампанское, слушали «Pink Floyd». Мы с Ольгой тоже приняли участие в веселье, почему, собственно, и не выспались.
Историчка, конечно, замечает, что я витаю в облаках. Ехидно задает вопрос по пройденной теме. Я ни черта не знаю – на прошлом уроке мы с Надюхой переписывались в специально предназначенной для этого тетрадке. Таких у нас скопилось уже не две и не три – с начала девятого класса, когда мы окончательно забили на учебу.
– Хм, ставлю точку, Цейкинская, – тянет училка.
Я пожимаю плечами. Ради бога. Можно даже две или три. Мне-то что.
Наконец звенит звонок. Класс обессиленно вываливается в коридор. Понедельник. Многие вчера поздно легли.
Второй урок, математику, я еще как-то высиживаю, а перед третьим, химией, ко мне подходит Надюха, смотрит томными глазами и говорит:
– Может, уйдем?..
Это предложение, от которого я не могу отказаться. Мы ускоряемся и уже почти рысью спешим в гардероб. Берем куртки, выходим. Никто не препятствует.
Свежий воздух кружит голову. Хочется чего-то непонятного, томительного, сладкого… Может быть, любви.
– Ко мне? – предлагает Надюха.
Ольга сегодня останется до конца. У нее тренировка.
Я киваю.
Этот день оказался вовсе не так плох, как можно было бы предположить поначалу.
2. ЧЕГО ТЫ ТУТ НЕ ВИДЕЛА?
Я оставляю еще полкоролевства,
Весна за легкомыслие меня накажет.
Я вернусь, чтоб постучать в ворота,
Протянуть руку за снегом зимой.
Янка Дягилева
Дома у Надьки, как и ожидалось, никого. Зато вдоволь разноцветного масляного крема – ее мать работает кондитером. Надюха на него уже смотреть не может, не то что есть. Другое дело я. Я ем крем ложкой, запивая уже третьей кружкой чая. Мы обсуждаем прошедшие выходные и личную жизнь.
Все довольно тухло, в общем-то. Ничего удивительного. Обычная история: те, кто нам нужен, не обращают внимания, и наоборот.
Впрочем, есть, есть человек, с которым у меня все серьезно, которого я люблю любовью звездной, вечной… Мой идеал, мой рыцарь, мой благородный воин в сверкающих доспехах. Лучше его никого нет.
Одна беда – он часто уезжает из города. На два, три, четыре месяца… Семейные обстоятельства. Я была бы ему верна, если бы не это.
Но я просто не могу столько ждать. Я не так устроена.
Впрочем, и он мне ничего не обещал.
Когда он приезжает в город, мы вместе. А потом… я не спрашиваю его, что потом.
И он тоже… не задает вопросов.
Иногда мое чувство к нему перебивается каким-то сильным увлечением, но в душе я знаю, все это… не то. Не то! И страдая по какому-нибудь мальчику, у которого из достоинств только шикарная подача в волейболе, я осознаю, что никогда не займет он того места в моем сердце, что принадлежит Максу…
Да, его зовут Макс. Макс Сташек. Он родился в Польше. Туда и уезжает периодически. Живет на два города, на две страны…
Он старше меня на четыре года. Но разница наших лет не чувствуется – я рано повзрослела, рано вышла в самостоятельную жизнь.
И еще у него глаза такого же цвета, как у меня, серо-голубые, хмурые, как осеннее небо. И такие же волосы – темно-каштановые, густые, как рожь.
Нам часто говорили, что мы похожи, как брат с сестрой.
Это было действительно так. Но главное, мы были похожи внутри.
Если бы он только был рядом со мной все время… Кажется, мне было бы легче дышать, сам воздух был бы другим. Но это было невозможно. Не все зависело от нас… Более того, от нас в действительности зависело очень мало…
Почему-то мне не хочется с Надькой говорить о нем. Ведь все уже сказано, боже мой, все сказано! А главное, я не хочу его ставить на одну доску с другими… с теми, кто просто скрашивает жизнь, когда его нет рядом…