— Какие-то новости о Лэмпарде?
— Я только что направлялся к нему. Да, он появился. Был у брата в Петворсе. По-видимому, потерял телефон, когда они катались на горных велосипедах. Вот почему мы не могли связаться с ним.
— Ты проверил это, как я понимаю.
— Конечно, я ведь не просто так стал детективом. Проверил у его брата и в телефонной компании.
— Извини, Кен. Я вовсе не хотел поставить под сомнение твою скрупулезность. Просто уточняю для себя.
— Знаю. — Кен снова вздохнул. — Также понимаю, что ты убежден в его участии в нападении, и склонен согласиться с тобой, но у нас нет доказательств.
— Что-то не сходится, — пробормотал Донован.
— Надеюсь, Стелла Харрис сможет вспомнить какие-нибудь детали, — произнес Кен. Донован понял, что Кен, похоже, не слишком-то надеялся на это. Разочарование слишком ясно слышалось в голосе друга. Он закончил разговор и откинулся на спинку кресла, снова прокрутив в голове их разговор. Неприятное тревожное чувство в желудке по-прежнему не отпускало. Что, черт возьми, его беспокоило?
Глава 17
Прошло несколько дней, и Эллен почувствовала, что понемногу успокаивается. Происшествие с незнакомым автомобилем она могла бы назвать случайностью, но та записка все еще беспокоила ее. Она снова поделилась этим с Донованом, хотя он показался девушке каким-то безразличным, посоветовав просто забыть о ней.
Эллен взглянула на часы. Было уже десять утра, и Аманда опаздывала. Она должна была быть здесь на час раньше. Послышался звонок в дверь; настойчивый непрерывающийся звук подсказал Эллен, что это, вероятно, и была Аманда.
Эллен услышала громкий женский голос, который высоким тоном позвал Иззи.
— Мамочка! — Иззи вскочила на ноги, на ее симпатичном личике были написаны волнение и удивление. Она вопросительно посмотрела на няню в поисках подтверждения.
— Да, кажется, это она, — кивнула Эллен, хотя понятия не имела, какой голос у Аманды, но догадывалась, что вряд ли это мог быть кто-то другой. Она протянула руку и поманила Иззи. — Давай пойдем и найдем ее. — Иззи быстро выбежала из комнаты. Опасаясь, что в спешке ребенок мог споткнуться на лестнице, Эллен схватила девочку за руку, придержав ее: — Будь осторожнее.
Иззи почти бегом спустилась по ступенькам и, перегнувшись через балясину, закричала с волнением.
— Мама! Мамочка! — Она потянула Эллен за руку, чтобы быстрее спуститься на первый этаж.
— Дорогая моя! — Аманда широко распахнула объятия. Требовалось всего несколько секунд, чтобы спуститься по лестнице, но она нетерпеливо посмотрела на Эллен. — Да отпустите ребенка. Разве вы не видите, что она хочет ко мне?
Эллен подумала возразить и сказать, что она не удерживает Иззи по какой-то иной причине, кроме ее собственной безопасности, но передумала. Зачем делать врага из Аманды? Отпустив руку малышки, она замедлила свои движения, чтобы не слишком быстро нарушить умилительное воссоединение матери и дочери.
В неловкой позе Эллен стояла у подножия лестницы. Объятие затянулось надолго, Иззи пыталась вырваться из медвежьих тисков, в которые была зажата с такой страстью, но у ее матери явно было другое мнение. Взгляд Эллен переместился на Карлу, которая терпеливо стояла в сторонке в коридоре. Карла в ответ приподняла брови, но так незаметно, что Эллен не смогла расшифровать смысл этого движения. Она вновь обратила свое внимание на Иззи, пока довольно восторженная мать продолжала сжимать девочку, потом отодвинула ее на расстояние вытянутой руки, оглядела и снова целовала и обнимала.
Эллен покачивалась с ноги на ногу, страстно желая, чтобы Донован поторопился. Ее молитва была услышана, и дверь в кабинет открылась, он появился в коридоре.
— Здравствуй, Аманда, — сказал он вежливо, с весьма умеренной теплотой в голосе. Аманда наконец перестала мучить дочь и ответила тем же:
— Привет, Донован. Как дела?
Он проигнорировал вопрос о своем благополучии.
— Эллен, это Аманда, мама Иззи, я уверен, вы это поняли, — сказал он. В его глазах была холодность, которую Эллен раньше не замечала. — Аманда, это Эллен Ньюман.
Эллен протянула ей руку.
— Рада с вами познакомиться. — Она не знала, как правильно обратиться к этой женщине, подумав, что Аманда собиралась отклонить рукопожатие. Она смотрела на руку Эллен несколько неловких секунд, прежде чем взять ее и коротко пожать.
— Здравствуйте. Вы не так молоды, как я думала, — произнесла она.
Эллен не была уверена, хорошо это или плохо, поэтому решила не комментировать услышанное и изогнула губы в резиновой улыбке. Аманда продолжала говорить:
— Тем не менее, кажется, что Доновану вы нравитесь, и Изабель тоже, так что это хорошо. Возможно, мы могли бы поговорить с вами в гостиной. Ох, Донован, где твои манеры? — Она повела плечами, и голубое пальто спало с плеч. Донован взял его, не спросив, и это был жест, который, очевидно, стал привычным за годы их брака. Донован повесил длинное кашемировое пальто на вешалку.
Эллен последовала за Амандой в гостиную, взглянув на Донована, когда он встал, чтобы позволить ей пройти в дверь перед ним. Она прикусила уголок рта, чтобы скрыть улыбку, пытавшуюся появится на ее губах, когда он подмигнул; скромный интимный знак только для них двоих.
— Итак, расскажите мне о себе, — велела Аманда, когда они сели на противоположные друг от друга диваны. Донован сел рядом с Эллен. Жест солидарности, за что она была ему благодарна. — Где вы работали раньше?
Следующий час прошел довольно медленно. Эллен поняла, что Аманда была откровенной и самоуверенной женщиной. Тем не менее, Эллен придерживалась своей хорошо отрепетированной истории, которую Донован с радостью поддержал заверениями, что лично говорил с агентством. Аманда, больше чем стоило, интересовалась личной жизнью Эллен, но, как няня подозревала, это происходило потому, что бывшая жена выясняла, есть ли у Эллен виды на Донована. Но Эллен следовала тщательно выстроенной линии поведения. Несмотря на то, что они были не вместе и пережили развод, Эллен не хотела разбудить воображение Аманды и навлечь проблемы на Донована или на себя.