— Назад! К лифту! Быстро! — голос Рен, резкий и отчаянный, разорвал оцепенение.
Но Элиас, полулежа на брезенте, лишь слабо качнул головой.
— Бесполезно, — прохрипел он, пытаясь приподняться на локте. — Он быстрее. Он отрежет нас. И лифт… они его уже заблокировали. Мы в ловушке.
Паника, холодная и липкая, охватила группу. Антон вскинул свой автомат, но его руки дрожали. Корвин на своих носилках пытался дотянуться до ножа. Кира инстинктивно заслонила собой Лену, отступая в самую глубокую тень, какую только могла найти.
Мия стояла, как вкопанная, между умирающим Элиасом и приближающейся смертью. Ее палец лежал на спусковом крючке его пистолета. Она знала, что пули бесполезны. Элиас сказал это. Но что еще у них было?
«Думай, — приказала она себе, ее мозг лихорадочно заработал, отбрасывая страх. — Думай, как выживший. Не как солдат. Думай, как крыса в ловушке. У каждой ловушки есть слабое место».
Ее взгляд метнулся по пещере. Горячий пар. Камни. Бассейн с кипящей жижей. И… потолок. Высоко вверху, в клубах пара, терялись гигантские, похожие на клыки сталактиты. Некоторые из них были массивными, толщиной с дерево.
«Чистильщик» был уже на берегу. Он остановился, словно давая им мгновение осознать свою обреченность. Его синий глаз медленно просканировал их группу, задерживаясь на каждом на долю секунды. На Рен с ее автоматом. На Доке с его бесполезными приборами. На раненом Корвине. На испуганной Кире с ребенком. И, наконец, на ней. И на Элиасе у ее ног. Синий свет сфокусировался на нем. Цель номер один.
— Он идет за ним, — прошептала Мия. — Ему приказано ликвидировать главную угрозу. Нас он считает… побочным ущербом.
И в этот момент родилась идея. Безумная. Самоубийственная. Единственная.
— Док! — крикнула она, не отводя взгляда от «Чистильщика». — Твой терминал! Ты можешь рассчитать точку падения? Быстро!
Док, не понимая, посмотрел на нее, потом на потолок, потом снова на нее.
— Что? Какую точку падения?
— Сталактит! Тот, самый большой, прямо над бассейном! Если его обрушить…
— Обрушить? Чем?! — воскликнула Рен.
— Этим, — Мия подняла пистолет Элиаса. — Пули не пробьют его броню. Но камень… камень они раскрошат. Если бить в одно место. В основание.
Док на мгновение замер, а потом его глаза вспыхнули. Он понял. Он лихорадочно начал нажимать кнопки на своем старом, потрепанном терминале.
— Мне нужны точные координаты! — бормотал он. — Угол, высота, примерный вес…
«Чистильщик» снова двинулся. На этот раз быстрее. Он не бежал. Он скользил над поверхностью, его шаги были легкими и бесшумными. Он приближался к Элиасу.
— Антон! Рен! Огонь! — скомандовала Мия. — Не по нему! По камням вокруг! Отвлеките его! Заставьте его двигаться!
Они открыли огонь. Пули, бесполезные против самого робота, с визгом рикошетили от стен пещеры, выбивая из камней снопы искр и крошки. Звук выстрелов, многократно усиленный эхом, заполнил пещеру, превратившись в оглушительный грохот.
«Чистильщик» остановился. Его синий глаз метнулся в сторону стрелявших. Он счел их действия иррациональной угрозой, нарушением порядка. Он изменил траекторию, двинувшись не к Элиасу, а к Рен, которая вела самый плотный огонь. Его вибрирующее лезвие поднялось, готовое к удару.
— Есть! — закричал Док поверх грохота. — Я рассчитал! Целься в ту темную трещину у самого основания! Тридцать градусов левее от центра! Бей очередью!
Мия вскинула пистолет. Ее руки больше не дрожали. Она глубоко вздохнула, задерживая дыхание, как учил ее Барак. Она видела эту трещину. Маленькую, почти незаметную в полумраке. Она нажала на спуск.
Очередь. Еще одна. Пули уходили в камень, выбивая облачка пыли. Сталактит не шелохнулся.
— Не работает! — крикнул Антон, отступая под натиском «Чистильщика».
— Бей еще! — не сдавалась Мия. Она снова прицелилась. Она не видела ничего, кроме этой маленькой трещины. Она вложила в эти выстрелы все — свою ярость, свою боль по Бараку, свое отчаянное желание спасти Элиаса.
И она увидела. Камень дрогнул. От трещины побежали другие, тонкие, как паутина.
«Чистильщик» был уже в нескольких метрах от Рен. Он занес свое лезвие для удара.