Когда она пришла в себя, тишина сменилась ревом. Низким, гулким, протяжным — ревом умирающего бога. Это стонала сама «Колыбель». Воздух дрожал от жара. А в центре, там, где только что парило сияющее сердце Системы, теперь зияла обугленная, рваная дыра. От Ядра не осталось и следа. Только едва заметное, остаточное голубоватое мерцание в воздухе, как от призрака.
Осыпая все искрами, свисали оборванные кабели. Потолок зала управления осыпался дождем из пыли и мелких обломков. Аварийные сирены, сошедшие с ума, выли на десятках разных тональностей, сплетаясь в какофонию конца света.
Протокол «Гефест» сработал. Они сделали это. Они вырвали сердце у зверя.
Мия с трудом села, кашляя от едкого дыма. Голова кружилась, перед глазами плыли темные пятна. Она огляделась в поисках остальных.
Элиас лежал в нескольких метрах от нее, у подножия расколотого терминала. Он был без сознания, но дышал. Его кибернетическая рука, почерневшая и оплавленная, все еще была подключена к порту. Именно она, приняв на себя основной разряд, спасла ему жизнь.
Каил. Он лежал дальше, у самой стены, пытаясь отползти. Его лицо было маской ужаса, одна из рук вывернута под неестественным углом.
А «Архангелы»… Двенадцать ангелов смерти были разбросаны по залу, как сломанные игрушки. Один, самый ближний к Ядру, был просто испарен, оставив на полу лишь оплавленный след. Остальные, чьи системы были выжжены резонансным импульсом, теперь двигались хаотично. Некоторые бились в конвульсиях, их энергетические копья беспорядочно полосовали воздух. Другие стояли неподвижно, из их сочленений валил черный дым. Они больше не были единым организмом. Они стали стаей раненых, обезумевших хищников.
Один из «Архангелов», тот, что был ближе всех к ним, повернул свою голову-шлем в их сторону. Его движения были дергаными, прерывистыми, но он медленно поднимал свое копье.
— Элиас! — закричала Мия, пытаясь подползти к нему.
Но ее опередил Каил. Превозмогая боль, он вскочил на ноги и бросился не к Элиасу — к терминалу.
— Что ты делаешь?! — крикнула Мия.
— Заканчиваю начатое! — прорычал он. Его пальцы, на этот раз только одной, здоровой руки, забегали по клавиатуре. — Протокол «Гефест» запущен, но Совет пытается его остановить! Включили аварийные контрмеры! Я должен… я должен обойти их!
«Архангел» шагнул к ним.
И тут в зал ворвались бойцы Ястреба. Они открыли шквальный огонь по поврежденным роботам, отвлекая их на себя.
— Рен! — закричала Мия в рацию, которая чудом уцелела у нее на поясе. — Рен, как слышно?!
— Слышу! — донесся сквозь треск голос. — Мы в диспетчерской! Ключ повернут! Но система сопротивляется! Что у вас происходит?!
— Ядро нестабильно, но не уничтожено! — крикнула Мия. — Каил говорит, что Совет блокирует протокол!
— Мы не сможем долго их сдерживать! — доложил один из бойцов Ястреба. — Их слишком много!
Мия огляделась. Хаос. Огонь. Смерть. Их план, такой идеальный на бумаге, рассыпался при столкновении с реальностью. Она посмотрела на Каила. Он, не обращая внимания на бой вокруг, лихорадочно работал, его лицо было освещено багровыми отсветами с экрана. Он не врал. Его месть была сильнее инстинкта самосохранения.
Потом она посмотрела на Элиаса. Беспомощного. Беззащитного. Того, ради кого все это было затеяно. Уничтожить Ядро — это была его цель, его искупление. Но ее цель была другой. Ее цель была — спасти его. Любой ценой.
Она приняла решение.
— Антон! Корвин! — крикнула она своим бойцам, прикрывавшим их у входа. — Забирайте его! Тащите к монорельсу! Немедленно!
— Но… приказ?! — крикнул Антон.
— Приказ отменяется! Я теперь командую! — рявкнула она с такой силой, что сама удивилась. — Уводите Искру! Это главное! Мы вас прикроем!
Не дожидаясь ответа, она схватила свой пистолет, поднялась на ноги и бросилась в бой. Она стреляла не как солдат. Она стреляла как охотник. Она не целилась в броню, а в сочленения, в поврежденные кабели, в оптические сенсоры. Ее действия внесли перелом. Бойцы Ястреба, воодушевленные ее примером, начали действовать смелее, хитрее.
Она видела, как Антон и Корвин подхватили Элиаса и потащили его из зала. Хорошо. Одна задача выполнена.
Она обернулась. Каил все еще был у терминала. Рядом с ним, прикрывая его, стояла Рен, отстреливаясь от одного из «Архангелов».
— Каил! Сколько еще?! — крикнула она.
— Почти! Я почти прорвал их защиту! Еще минута! — крикнул он, не отрываясь от экрана.
И в этот момент в зал вошли они. Личная гвардия Совета. В черной, блестящей броне, но с открытыми шлемами. Их лица были искажены яростью и фанатичной преданностью. Они открыли огонь на поражение.