– Что с ними? Они мертвы?
– Да. Они мертвы. Ты как, Руж?
– Наклз. – Голос летучей мыши задрожал. – Я, кажется, перестала различать ультразвук. Теперь я действительно слепая. Надеюсь, это временно. Что с тобой?
– Я вспомнил свою фамилию. Подтвердишь?
– Я ее и не знаю, если что.
– Пэйн. Имя-то Наклз, а фамилия Пэйн. Иначе бы я не смог на пике адреналина вытворить такое.
– Боже, если это не прекратится, то нас точно догонят. Вот теперь мне, похоже, нужна защита.
– Не бойся, я с тобой.
Язвить о банальности фразы Руж не стала. Наклз вспомнил одно из ее прозвищ – «каменная лиса». Наврала она про телохранителя для своей же выгоды, но ругать ее почему-то не хотелось. Они с Руж теперь были и так в одной упряжке. Даже если и признавать это не хотелось. Сказки о полете и волшебных камешках оказались ложью, а реальность складывалась в голове в мрачную мозаику. Все срослось в одно. Память все-таки вернулась, но легче от этого не стало. Это как вернутся домой, и выяснить, что там уже все разрушено и разграблено. Но имена и фамилии появились в памяти, а это уже кое-что. Это воспоминание Наклз лелеял, как нищий свою единственную монетку, случайно найденную в грязи. Он – Наклз Пэйн, а она – Руж Сакс.
Глава 108 – «План любителя»
– Цепочкой по лесу бредут семь идиотов.
– Уже пятеро. – Поправил я Димку Провода.
– Ага, а мы с тобой прям гении и светочи чистого разума. Че с фанатиками будешь делать?
– Что-нибудь придумаю.
– Придумывай теперь. Когда тебе с калаша в филейную часть очередь закатают, будет не до размышлений, знаешь ли.
– Выдать себя за богов, пришедших говорить с Монолитом.
– Ты че? С дуба рухнул?
– Они фанатики. Но духовным лидером у них теперь является реальный Монолит, а не «О-сознание». Самый настоящий исполнитель желаний. И он хочет, чтобы в него поверили и нашли.
– Точняк! И у нас есть толпа идиотов, которые только будут рады там скучковаться. Ваши идеи, Холмс?
Ай-ай-ай, проблема. Да, непросто будет вот так вот сразу стать духовным лидером какой-то секты. Единственная альтернатива – перестрелять фанатиков.
– Так как, по-твоему, мне стать их духовным лидером?
– Не знаю, Димонски. А ты начни сначала. Стань просто сектантом. Поклянись служить Монолиту и защищать его.
– От кого?
Куратор в ответ только пожал плечами. А меня осенило. Монолит-то есть от кого защищать. Ему грозит реальная опасность в лице двух погруженцев.
– Чего придумал? Димонски, я ж по твоей роже вижу, что не анекдот ты сейчас вспоминаешь. Давай колись, в чем план?
– Навешаем лапши «монолитовцам» про великую опасность, угрожающую их святыне.
– А в чем прикол?
– В том, что эта великая опасность существует. И это не мы.
Димка просиял, и начал махать у меня перед носом указательным пальцем:
– Я понял, я понял. Остальных ты запишешь в разряд «великой опасности»!
– Остальные туда припрутся, и подтвердят мое пророчество. Теперь все будет зависеть от того, сумеем ли мы их убедить сначала. Что мы можем для этого сделать?
– Иллюзию нимба с крылышками. Пойдет?
– Возможно. Но надо придумать еще что-то, что точно их убедит.
– Вот не понимаешь, ты шуток, Димонски.
– Астром, чего делать-то будем?
– Не знаю, надо как-то решить проблему фанатиков.
– Разве это проблема. Я думал, что нелегал наша главная головная боль. И эта девченка, которую надо найти как можно скорее.
– Если нелегал не дурак, то он не будет воевать с «Монолитом». Вместо этого он вотрется к ним в доверие и сделает их нашей главной головной болью. Если я все правильно понял, то Горяченков должен положиться на свои способности к импровизации. А они весьма и весьма велики, что уж тут можно сказать. Комего, придумай ты что-нибудь.
Сальвадор наморщил лоб, но ему ничего на ум не шло.
– Не, ты у нас мегакрутой погруженец. Тебе и думать, как этот бардак разгребать.
– А ты, значит, за компанию. Сальвадор, когда ж ты хоть чему-нибудь научишься? А, черт с тобой.
– Еще у нас есть крылатая красотка. Эту переменную тоже надо куда-нибудь воткнуть. Иначе толкового решения не получиться. – Теперь Астром был мрачнее тучи.
– Руж? Ты еще учти один дестабилизирующий фактор. Это тот, который с шилом чуть пониже спины.
– Ага. Вот и я думаю, что она нам может создать проблем.
– Кажется, я ее вижу. Астром, давай проследим за ней.