– Ладно, оболтусы, как у вас с домашним заданием?
Оболтусы дружно молчали. Очень сильно внимание Ваваропи привлекла так называемая «камчатка». Два балбеса, тезки, шепотком травили анекдоты. И ладно бы исторические. Но где там… Над историческими не ржали бы три окрестные парты.
– Димы! Горяченков и Медведев! Подъем. Кто-то из вас должен сейчас же выйти к доске.
Димы поднялись, несколько смутившись.
– Я ждать не буду. Решайте сами, или решу я.
Димы смутились еще больше. Дело запахло жареным. Учитель поглядывал на эту парочку с легким раздражением. В итоге, очередность выхода к доске была решена четырьмя раундами в «камень-ножницы-бумага».
– Итак, к доске выходит Дмитрий Медведев – Российская Федерация! – Крикнул Ваваропи, подражая спортивным комментаторам.
Кое-как оба Димки отмучались. Все-таки иногда попадаются раздолбаи, способные прочесть и осознать параграф из учебника по истории за одну перемену.
Позже, после конца учебного года сеньор Ваваропи рассказал Дмитрию Медведеву о Совете Кураторов и о том, что является одним из пяти основных кандидатов в кураторы вселенной «Сталкера». Рутинная беседа и воспоминания о ней теперь не так важны. Теперь, спустя почти год, Ваваропи вспоминал то, что ему пересказала ученица в тот день, после уроков.
Дело в том, что Эми Роуз на той же перемене хотела что-то спросить у Дмитрия Горяченкова, а тот в ответ выдал ей целую цепочку любопытных логических выводов.
– Эй, Элка. Я тебе сказать кое-что хочу.
– И что же? – Опасливо спросила Эми (которая теперь была «Элкой»), побаиваясь, что этот Дима вздумает пригласить ее на свидание.
– Я так понимаю, тебя к нам перевели по какой-то протекции. Вроде бы из детдома, как особенно одаренную ученицу. Какая-нибудь программа типа «дадим шанс детям-сиротам». Я так думаю, что ты у нас будешь углубленно заниматься историей.
– Как ты догадался? – Спросила Эми, то есть Элла.
Согласно легенде Эллу перевели сюда, как очень талантливого историка, с расчетом на то, что уходящего на пенсию историка заменит кто-либо, кто будет заниматься с талантливой ученицей индивидуально.
– Ты по истории отвечала просто на ура. И учитель наш новый на тебя так и зыркал. Да у вас даже пара индивидуальных уроков было, насколько я заметил. Ну, слухами земля полнится и все такое.
– Куда ты клонишь? – Эми начал раздражать этот ряд логических выводов.
– Предупредить тебя хочу. Этот лысый клоп запросто может оказаться педофилом. – Дима перешел на шепот.
– Чего?
– Того. Посуди сама. Константин Валентинович, наш бывший историк, доработал до 65, и собирался оставаться дальше. Он был живее всех живых. А тут появляешься ты, и буквально через неделю нашего «деда Кавэ» отправляют на пенсию. Давили откуда-то сверху. Наш директор относительно молод, школой руководит без году неделю, и ни за что не уговорил бы идейного учителя старой закалки уйти на пенсию. То есть какое-то начальство сделало все для того, чтобы ты и наш новый учитель время от времени уединялись в лаборантской по истории. О том, что такое помещение в школе существует, знают несколько школьников и половина персонала от силы. Плюс оно расположено в такой щели, что вряд ли технички тебя услышат, если даже ты закричишь. Засиживыетесь вы там допоздна.
– С чего ты взял такую ерунду?
– Ты в этом плане очень удобна. Родственников нет, связей нет. Даже если потом будешь жаловаться в милицию, вряд ли поможет. Плюс к тому, это очень глупо начинать занятия в конце года за пару недель до каникул. Мне, если честно, самому слабо верится в такое. Есть способы провернуть такое и попроще. Но я просто не могу представить, зачем еще надо все обставлять для таких встреч.
Эми даже чуть-чуть обиделась за своего непосредственного начальника.
– Ты прав, идея бредовая. Я уже два раза с ним занималась. Он ко мне не приставал.
– Это я заметил. Если бы к тебе поприставали, на тебе это бы отразилось. Такую травму непросто скрыть от окружающих. Ты меня извини, если напугал. Но некоторые меры предосторожности ты прими. Черт, я не знаю, где ты можешь добыть диктофон, или скрытую камеру. И вообще, я думаю, ваши появления хоть и были с разницей в целую неделю, но они как-то связаны. Слушай, а вы часом не наркоту в школе так распотранять думаете?
– Фантазер ты. – Фыркнула куратор.
– Возможно. Но мне просто не дает покоя вся эта ерунда. Что-то наш безволосый учитель скрывает, точно тебе говорю. И реально, будь осторожнее.
По лицу Димы было заметно, что он действительно этим обеспокоен. «Да ну тебя» -, отмахнулась Эми. А вот про себя куратор восхитилась проницательностью Горяченкова. Конечно, до истины, ему было, как пешком до марса, но он раскрыл и уточнил все подозрительные моменты в деталях легенды. Восхитилась Эми настолько, что подробно пересказала разговор сеньору Ваваропи. Тот посмеялся, решил познакомиться с Горяченковым поближе, да руки не дошли. А у Эми, как позже выяснилось, дошли.