Гоблин и я были настроены не так злобно, а вот Эми… Она точно могла устроить КотЭ кастрацию голыми руками. Она молчала, но это, наверное, оттого, что сказать что-то приличное теперь было выше ее сил.
– А вы один хрен не поверите. И говорить мне придется долго.
– Я подожду. – Прошипела Эми сквозь зубы. – Если ты думаешь, что я не знаю, как тебя разговорить, то знай: сейчас еще одним вопросом КАК станет меньше!
– Спокойно, куратор, я займусь нахалом. Заделаем ему допрос, как при дедушке Сталине. А ну! Отвечай, смерд, ты почто боярыню обидел?
Внезапно я почувствовал (теперь я научился интуитивно чувствовать чужие комбинации), что Гоблин что-то воплощает. И тут, из потоков творческой энергии возник вполне себе материальный холодильник. Старый, еще советский холодильник. Старший оперуполномоченный засунул мяукающего кота туда. А затем маркером, вынутым из кармана, написал на нем: «Кота не вынимать. Он наказан».
– Ты что творишь, зараза?! – КотЭ в холодильнике явно не понравилось.
– Ходила по интернету как-то такая прикольная картинка. Холодильник, а на нем написано: кота не вынимать, он наказан. Вот я и воплотил этот прикол. Теперь тебе придется говорить. Начинай.
– Хорошо, хорошо, уговорили, гады. Сдаюсь и говорю. Вся эта ерунда началась месяцев десять назад, когда меня перешибло каким-то посторонним потоком. Меня какая-то песня в ступор вогнала по самое не могу. Я уже плохо помню, что это за песня. Там что-то про говорящий телевизор. А, вот оно: «С вами говорит телевизор». Ну, это ерунда. Главное, что началась какая-то ерунда. Я отследил, откуда шли эти потоки. Оказалось, что кто-то вызывает сбой во вселенной, где работает куратором эта чокнутая.
– Я не чокнутая! И сбой вызывал ты! Плагин очной ставки указал на тебя.
– А когда ты меня обработала? Меня-то обработать так и не успели. Меня нашли методом исключения и дедукции, но подтверждения не было. Ты слушай, я все расскажу. Замерзнуть на фиг мне не хочется.
– А ну отвечай, зачем ты сотворил мне сбой?!!! – Заорала Эми, охаживая своим молотом несчастный холодильник.
– Хорош! Дослушай, дура. – Когда Эми успокоилась, КотЭ продолжил. – У тебя несколько месяцев подряд готовило большой сбой какое-то неизвестное мне существо. Я до сих пор не знаю, кто это. Мы с ним переговаривались по мыслерации. Этот некто заинтересовал меня. В общем, он говорил, что у него проблемы с друзьями. Некто, я так его называю, еще злился на тот величайший обман, который называется тайной персонажа. И он заявил, что ему придется встряхнуть вселенную. В общем и целом, жизненные обстоятельства у этого Некто описывались аббревиатурой УГ.
– Что это значит? – Спросила Эми.
– Вы меня простите, но расшифровка аббревиатуры не для женщин и детей. Это означает скуку, уныние и просто плохую ситуацию. – Пояснил Гоблин.
– Да, я же дитя упячки. Я не смог пройти мимо. Я решил помочь ему во встряхивании твоей вселенной. Не знаю, зачем это ему, но было прикольно.
– Прикольно? – Эми чуть не сплющила холодильник вдвое. Я думал, что оглохну от ударов молота. – Что это еще за упячка?
– Позвольте мне объяснить. Упячка – это движение существ, развлекающихся и развлекающих других при помощи наведения хаоса и беспорядка. Обычно это не заходит дальше мелкого хулиганства, но их лидер, Онотоле, как-то говорил мне, что их талисман воспринимает все слишком серьезно. А их талисман – это вот это поганое существо.
– Ой, Гоблин. Я более чем уверен, что Онотоле торжествует.
– Бред. Онотоле не одобрил бы разрушение чужой вселенной. Даже во имя упячки. – Заявил Гоблин.
– Как знаете. Я решил помочь парню. И воплощал его чертежи. Последние полтора месяца он даже к модулю не притронулся. Мы уже даже план его реализовывать начали. А потом, вот уж точно – внезапно, заявился этот нелегал. Я сначала не сообразил, что происходит. То, что меня проверят плагином очной ставки до меня дошло только на базе, когда я прошелся по памяти той милой летучей мыши. Тот, кто все затеял, получается, ни при чем, а на меня при проверке всех собак спустят. Чтобы не допустить срыва веселья, я задерживал куратора как мог. И вот теперь я в этом дурацком холодильнике мерзну, как последний идиот. Может, выпустите меня?
– Выпускать тебя еще рано, но температуру можно сделать более приемлемой. Воплощу-ка я закрытый, но выключенный холодильник.
– Не надо, пусть замерзнет! Пусть сдохнет! Только выпустите, я его порву просто!
– Эми, не бушуй. Кстати, КотЭ, у меня к тебе еще один вопрос.
– Да, нелегал, спрашивай.