Я рассмеялась.
— Вера, на сцену! — крикнул кто-то.
— Иди, — сказал Матвей. — Я люблю тебя.
— И я тебя.
Я вышла на сцену.
Зал взорвался аплодисментами.
Я смотрела на эти лица — пятьсот человек, которые пришли меня слушать. И видела в первом ряду его. Матвея. С букетом белых роз. С улыбкой. С любовью в глазах.
— Здравствуйте, — сказала я в микрофон. — С праздником вас, девочки. С восьмым марта.
И запела.
Я пела о любви. О той, что приходит неожиданно, врывается в окно и переворачивает всю жизнь. О той, что делает нас сильнее и счастливее. О той, что у меня теперь есть.
Я пела и смотрела на него.
А он смотрел на меня.
И весь зал смотрел, как мы смотрим друг на друга.
Когда концерт закончился, зал аплодировал стоя.
Я раскланялась, послала воздушный поцелуй и убежала за кулисы.
Матвей ждал там.
— Ну как? — спросила я, задыхаясь.
Вместо ответа он обнял меня, прижал к себе.
— Лучше всех, — сказал он в мои волосы. — Ты лучше всех.
— Ты мой самый лучший зритель, — прошептала я.
— Я твой самый главный фанат.
— Только без маньячества, ладно?
— Постараюсь, — улыбнулся он. — Но обещать не могу.
Я засмеялась.
— Поехали домой?
— Поехали.
Мы вышли из клуба. Ночной город, фонари, снегопад. Матвей накинул мне на плечи свою куртку.
— Замёрзнешь.
— С тобой не замёрзну.
Мы шли к машине, держась за руки, и я думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё месяц назад я была звездой, которая никому не нужна по-настоящему. А теперь я просто женщина, которую любят.
И это — самое главное.
Глава 7
Прошёл год.
Мы сидели на кухне в нашей новой квартире. Да, мы съехались окончательно, купили своё жильё — светлое, просторное, с большими окнами и видом на город.
Я дописывала текст новой песни. Матвей читал какую-то техническую статью в ноутбуке.
— Слушай, — сказала я, отрываясь от блокнота. — А помнишь, как мы познакомились?
— Помню, — улыбнулся он, не отрываясь от экрана. — Ты влезла в моё окно и села на меня.
— Я не специально.
— Знаю.
— А если бы не влезла?
Он отложил ноутбук, посмотрел на меня.
— Влезла бы. Судьба.
— Ты веришь в судьбу?
— Раньше не верил, — сказал он серьёзно. — А теперь верю.
— Почему?
— Потому что слишком много случайностей, которые привели к тому, что мы вместе. Тот концерт. Тот маньяк. То открытое окно. Я, который решил покурить в тот вечер, хотя не курю почти. Если бы хоть одна мелочь сложилась иначе — мы бы не встретились.
Я задумалась.
— Страшно подумать, — сказала я тихо.
— Не думай. Мы встретились. И это главное.
Он подошёл, сел рядом, обнял меня.
— Матвей, — сказала я. — А давай поженимся?
Он замер.
— Что?
— Поженимся, говорю. Официально. Чтобы всё по-настоящему.
— Ты серьёзно?
— Серьёзнее некуда.
Он смотрел на меня долго. Очень долго. А потом улыбнулся.
— Да, — сказал он. — Да, да, да.
— Это согласие?
— Это тысяча согласий.
Я рассмеялась и поцеловала его.
Свадьба была скромной. Только свои: мама, несколько друзей Матвея с работы, моя подруга Катя. Никаких репортёров, никакой шумихи.
Я была в простом белом платье, без бриллиантов, без пафоса. Матвей — в костюме, который выбрал сам, и в котором чувствовал себя неловко, но очень старался.
— Объявляю вас мужем и женой, — сказала тётушка из загса. — Можете поцеловать невесту, жених.
Матвей наклонился ко мне.
— Я люблю тебя, — прошептал он.
— И я тебя.
Мы поцеловались под аплодисменты.
А вечером, когда гости разошлись, мы сидели на балконе нашей квартиры, пили чай и смотрели на огни ночного города.
— Счастлива? — спросил он.
— Очень.
— И я.
Я положила голову ему на плечо.
— Матвей?
— М?
— Спасибо, что ты есть.
— Это тебе спасибо, что влезла в моё окно.
Я улыбнулась.
— Знаешь, я бы влезла снова. Тысячу раз.
— Я бы открыл. Всегда.
Мы замолчали. Город шумел внизу, но здесь, на балконе, было тихо и спокойно. Потому что мы были вместе.
Конец.
Конец