— Точно? Какие воспитанные зверушки…
— Какие есть, — ведьмачка то ли не поняла шутку, то ли даже не попыталась понять. — В общем, свободен. Можешь располагаться на ночлег.
— А где?
— Да где хочешь, — казалось, Инари удивила постановка вопроса. — Замок большой, места много. Единственно Каминный Зал не советую, а в остальном на твой выбор.
— Гм… — Глебу вдруг ни к селу, ни к городу вспомнилась съежившаяся фигура, лежащая на шкурах. Обыскивая кладовые комнаты и подвал Каер Морхен, парень даже не задумался о возможности встречи с призраком, но сейчас, осознав необходимость ночевки в огромном пустом замке, понял, что ему становится немного не по себе. — Можно один нескромный вопрос: а где будешь ночевать ты?
— В библиотеке. За читальным стендом. Мне еще кучу бумаг пересмотреть надо.
— Ну, тогда, наверное, и я там же. Не возражаешь?
— Я ведь уже сказала, что в твоем присутствии необходимости нет. Ты все равно ничем помочь не сможешь. Лучше отсыпайся.
— Да я сейчас не о помощи говорю…
— А о чем тогда? — упорно не хотела понимать ведьмачка.
— Неуютно здесь как-то, — признался «гладиаторец». — Тишина на нервы давит. Прямо рай для привидений.
Он уже заранее предчувствовал скептическую усмешку, презрительную отмашку или совет не распускать нюни, однако Инари вдруг кивнула.
— Мне иногда тоже так кажется, — призналась она, — хотя привидений здесь, конечно, нет… Каминный Зал в расчет брать не стоит, это исключение из правила. Ладно, я не возражаю против такого соседства, но только с одним условием — не храпеть, а то уж очень сильно отвлекает. Пошли что ли…
Люмены выплыли из кухни вслед за ними. Выйдя в холл, ведьмачка сразу свернула направо в ближнюю из дверей. После короткого широкого коридора и небольшого подъема в пять ступенек снова был поворот направо, на винтовую лестницу. Библиотека располагалась на третьем этаже, как раз над холлом.
— Ого! — уважительно протянул Глеб при виде уходящих к высокому потолку стеллажей, доверху набитых томами разной толщины и степени истрепанности. — Сразу видно — кладезь знаний.
— Ага. В общем, выбирай себе уголок по вкусу, а я сейчас вернусь.
Инари снова исчезла, однако люмены — то ли по ее молчаливому указанию, то ли по собственному разумению — предпочли остаться в обществе Глеба. Прикинув шансы удачно выспаться на голом каменном полу, и решив, что они минимальны, «гладиаторец» в сопровождении магической подсветки отправился исследовать прочие имеющиеся на этаже комнаты. Те, что располагались в коридоре, шедшем от лестницы, похоже когда-то были жилыми, и еще хранили следы пребывания хозяев. Конечно, никаких забытых завтраков и кипящих чайников, как в легендах о кораблях-призраках, не имелось. Но оставленная на столе книга или небрежно брошенный в изголовье кровати плащ создавали эффект присутствия ничуть не хуже. Созерцая молчаливую череду пустынных темных помещений, Глеб отчетливо понял две вещи: во-первых, обитатели покидали замок в спешке и рассчитывали вскоре вернуться, и во-вторых, с момента их ухода никто больше в комнаты не заходил, а если и заходил, то старался как и «гладиаторец» ничем не нарушать застывшего на годы порядка вещей. И еще здесь так же как и в Каминном Зале наблюдалась поразительная сохранность предметов: сено на полу свежее, растянутая на стене шкура какого-то пятнистого зверя не побита молью и слегка поблескивает, отражая жестким ворсом свет люменов, в углах ни малейших следов паутины, даже пыли и той почти нет. Продолжать исследования ведьмацкого быта можно было до бесконечности, однако осознание того, что на дворе давно уже ночь, бодрости не прибавляло. В конце концов, поступившись принципами, Глеб натаскал из ближайших комнат сена, организовав у свободного от стеллажей и столов кусочка стены небольшой стожок. Возвратившаяся Инари принесла несколько волчьих шкур — не иначе тех самых, из Каминного Зала.
— А может, не надо? — совершил робкую попытку бунта «гладиаторец». — Я и на сене нормально высплюсь, честное слово.
— Прекрати ныть, — отозвалась ведьмачка тоном, не предполагающим возражений. — Там этого добра полно — сам видел. Никто за похищенным имуществом не явится, можешь успокоиться. А угрызениями совести ты бы лучше терзался, когда вино из подвалов таскал. Давай, обстраивайся и спокойной ночи.
Она подошла к столу, на котором громоздились обтянутые темно-бурой кожей фолианты. Люмены метнулись следом и услужливо зависли над той из книг, которая была раскрыта. Ведьмачка перелистнула пару страниц, поморщилась и добавила в хоровод огоньков еще один светящийся шар. Предоставленный самому себе Глеб расстелил шкуры поверх сена, оставив две покрупнее на роль одеяла, и растянулся на мохнатой подстилке, пытаясь доказать сомневающейся части сознания, что исходящий от шерсти затхлый запах ему только чудится. Возможно, кстати, это и правда было самовнушением, потому что вскоре запах бесследно улетучился. А вот вопрос, возникший при прогулке по жилым комнатам, улетучиваться не желал ни в какую.
— Инари, можно тебе еще малость помешать?
— Чем именно? — ведьмачка с некоторым неудовольствием оторвалась от изучения очередной пожелтелой страницы.
— А что все-таки с прочими ведьмаками случилось?
— Не знаю, — буркнула Инари, но, немного помолчав, вздохнула и добавила. — Точнее, что случилось, и ежу понятно — погибли. Почему это случилось, я тоже догадываюсь — или взрыв, или какая-то из сильных формул Огня. А вот зачем кому-то пришло в голову ее применить, не представляю даже отдаленно. Кроме Старейшин и еще нескольких Зовущих с таким заклятием никто бы не справился, а среди тех не было ни дураков, ни самоубийц… Если только гениальная Княжеская теория не сработала.
— Какая… А, насчет «лешего» и галлюцинаций?
— Угу…
— Так ты в нее веришь?
— Пока не до конца, но она хотя бы что-то объясняет. Если будет еще один случай, поверю окончательно.
— Лишь бы только без взрывов, — сонно пробормотал «гладиаторец», — и без них головной боли хватает. И чего этому чертяке так наша база понравилась?
Вопрос был чисто риторическим, но воспоминания о «лешем» и едва не сорванной тренировке напомнили Глебу еще один произошедший сегодня, а точнее, наверное, уже вчера загадочный эпизод.
— А совсем-совсем последний вопрос можно?
— Ну, давай, не отстанешь ведь. Чего надо?
— Твое сегодняшнее колдовство перед тренировкой что должно было означать?
— Ничего особенного, только лишнее подтверждение того, что на тебя стоит тратить время.
— И каким образом ты это поняла?
— Да примерно вот так.
Ощущение прикосновения повторилось, хотя смотревшая на парня ведьмачка даже не шевельнула бровью.
— Опять.
— Верно. Это называется Зовом, и это наиболее верный знак того, что в предках у тебя не только люди затесались.
— ???
— Человек бы ничего не услышал, — пояснила Инари обыденным тоном.
— Ты… уверена?
— Вполне. Это давно проверенная истина. А если истинам ты не доверяешь, то напряги память. Прежде чем взяться за тебя я проверяла Ивана — были у меня на его счет небольшие сомнения. После выхода во двор ничего странного в его поведении не заметил?
— Нет.
— Я тоже. К сожалению, он всего лишь человек, хотя и весьма необычный. А вот в тебе какая-то крупица ведьмацкого дара имеется. Главное, использовать ее с умом.
Засыпая, Глеб все пытался решить, как отнестись к свалившейся на него новости. С одной стороны, верилось слабо, хотя, с другой, а почему бы и нет? Насколько он успел понять, ведьмаки мало чем отличались от людей, разве только по части боевых способностей и то в лучшую сторону, так что принадлежать к их числу было, наверное, даже почетно.
Отдохнул «гладиаторец» отлично, а поутру, открыв глаза, обнаружил, что в библиотеке, в отличие от замкового холла, кое-какое естественное освещение все-таки имеется. Наклонные столбы рассеянного света падали из узких щелей, проделанных в наружной стене почти под самым потолком. Для чтения условия все равно были не подходящими, но, наверное, на это никто и не рассчитывал.
Ведьмачка все еще сидела за столом, сгорбившись и уткнувшись лбом в скрещенные руки, и, похоже, спала, хотя Глеб никогда бы не поверил, что в таком положении можно заснуть. Одинокий люмен неприкаянно блуждал по комнате.