— Я почти, — Соня простонала ему это в губы.
И Рон знал, что надо чуть замедлиться, давая ей подстроиться под свои желания. А потом взорваться громким криком. Соня сжимала его внутри, делая проникновения ещё приятнее, ещё ярче. Рон ускорился. Теперь всё только для него. Её шикарное тело, её сводящие с ума стоны. Грудь. Бёдра. И желанные губы.
Он кончил в неё, Соня давно говорила о детях, и они не предохранялись. Чем всё закончилось? Если бы он знал, чем обернётся мимолётное упоминание беременности при матери. Любимая жена ждёт ребёнка, и это самое большое счастье в их жизни. Но для кого-то дитя в доме — помеха и лишний шум...
Они лежали рядом, влажные, разгорячённые. Прохладный воздух медленно остужал кожу, и хотелось снова к ней прижаться, чтобы сохранить это тепло. Навсегда. Тогда всё время вселенной принадлежало бы им двоим.
Но воспоминания не вечны, а каждая сессия лишь на полчаса. Рон поднялся, не зная, на что потратить последние минуты. Соня не сделает ничего, что могла бы сделать в обычной жизни. Он вытащил из шкафа одежду, натянул бельё на грязное, липкое тело и сел на край постели.
— Ты уже уезжаешь?
— Да, милая, у меня работа, — произнёс он, не оборачиваясь к ней. Время отсчитывало последние секунды.
— А как дела у твоей мамы?
Рон вздрогнул, стянул с себя шлем виртуальной реальности и подвинулся к постели жены ближе. В настоящем мире она совсем другая, бледная, исхудавшая до впалых щёк. Лежала на койке для коматозников, обвитая проводами, и не отвечала на его поцелуи. Соня спала уже второй год и пахла лекарствами и застиранным больничным бельём. Волосы потускнели, Рон редко их мыл, они были убраны в маленькую гульку, а бледные сухие губы замерли с грустно опущенными уголками вниз.
— Мистер Биллингтон, — в палату зашёл их лечащий врач и с ожиданием посмотрел на него, — вы должны подписать бумаги. Понимаете ведь, что её невозможно спасти и ваши виртуальные контакты — самообман. Это лишь обрывки её воспоминаний, личности больше не осталось. Вы должны её отключить.
— Да, я понимаю. — Рон снова взглянул на жену, как же быстро она увяла, а ведь совсем недавно казалась бесконечно прекрасной и обещала остаться с ним навсегда. Пока смерть не разлучит... Не разлучи же!
— Вам дать ещё время?
— Да, пожалуйста, мне нужно проститься.
Рон незаметно смахнул слёзы со щеки и снова натянул шлем.
Там, в исчезающих воспоминаниях, Соня готовила завтрак и с радостью кинулась ему в объятия, жарко целуя в губы.
— Как дела у твоей мамы? — спросила она вместо привычного приветствия.
— Хорошо.
У матери всё отлично. После того как она подсыпала отраву невестке, отправив ее в кому и убив нерожденное дитя, никто её не видел. Соседи поговаривали, что она уехала отдыхать, и Рон не опровергал слухи.
— Ты меня любишь, милая? — спросил он, ловя её за руку и нарушая обычный сценарий.
— Я приготовлю тебе яичницу, — с улыбкой ответила она, возвращаясь к привычному поведению.
Но Рону хотелось надеяться, что этот странный сбой не случаен и его любимая драгоценная Соня что-то понимает, осознаёт и сможет вернуться в нормальную жизнь. Поэтому Рон отказывался отключить её от аппаратуры и продолжал чего-то ждать...
16.08.2021-17.08.2021
В сети
Бета: Fereht
Жанр: драма
Краткое содержание: Все несохраненные данные удаляются
---
Конни каждое утро смотрел на часы и вздрагивал, когда табло менялось и на экране высвечивали заветные цифры восемь-ноль-ноль.
Время обновления сервера. Все несохраненные данные удалялись. Так же, как и воспоминания.
Конни поднимался с кресла, шел к темному проему двери и выходил в сетевое пространство. Каждое утро. Каждый день.
По его скромным подсчетам он жил тут уже почти четыре года, существовал. Сначала развлекаясь в играх, играя с ребятами и проходя самые сложные уровни виртуалок. Потом казино, закрытые клубы, настоящий отрыв. Но чем дальше, тем сложнее было находить для себя мотивацию. Для чего все это? Бессмысленная трата времени, причем Конни не помнил, откуда он и как сюда попал.
В сети было немало тех, кто жил там почти постоянно. Подростки с оплаченными анабиозными камерами, не нуждающиеся в питании и сне, могли зависать в придуманном мире месяцами. Конни водил с такими дружбу и даже обменивался опытом. Но рано или поздно они покидали виртуальный мир, возвращались в реальность, а Конни оставался. Ему некуда было вернуться. Он не помнил себя настоящего. Иногда сомневался, что он вообще жил.