Он снова поднял взгляд на насильников, которые, держа под руки теряющего сознание Вадима, ковыляли прочь.
— Три! — прозвучал в лесной тишине грозный голос, — Убегать не спеши…
Демон метнулся в направлении беглецов и одним взмахом руки с острыми выпущенными когтями, перебил всем троим связки под коленями. Насильники рухнули на землю. Могли бы они кричать, наверняка, их вопли были бы слышны на весь лес.
Кайтерэс резко выдохнул, пытаясь сдержать ярость, и снова устремил взгляд в зрачок мертвого глаза.
Девчонка пыталась сбежать, когда все закончилось, но гнилые доски треснули, и она рухнула вниз на груду металлолома. Насильники даже не проверили, была ли она жива, просто оттащили ее к люку в затопленный подвал и скинули вниз. Она была первой, но далеко не последней…
— Четыре! — прорычал демон, дернув Артема за ногу и оттащив в сторону. Парень беззвучно кричал, умолял, матерился, уговаривал невидимую сущность его пощадить. В его глазах был нестерпимый ужас, но даже это не могло бы разжалобить демона, — За деянья пора отвечать!
Рэс впился острыми когтями в грудь насильника и дернул, сорвав с нее большой кусок кожи, будто та была тонкой тканью. Артем выгнулся, забился от боли в конвульсиях. Его друзья даже не пытались ему помочь. Они пытались отползти как можно дальше.
— Пять! — с металлическим звоном пронеслось в воздухе, и растворилось в попутном ветре, — Потеряй то, чем грешил!
Перед глазами Рэса всплывала очередная картина: как эти трое обманом и силой спаивают местную тихоню, а потом снимают на видео свои с ней развлечения и обещают показать ее родителям и друзьям, если она хоть кому-то расскажет.
Демон вцепился когтистыми пальцами в шорты Артема и дернул, с корнем вырывая его мужское достоинство. Насильник задрожал. Все его тело билось в судорогах, он пытался схватиться руками за то место, где раньше был член, но тело слушалось плохо. Рэс пару мгновений понаблюдал за тем, как выродок в муках истекает кровью, и подошел к следующему, лежавшему на траве и уже намочившему трусы от страха.
— Шесть!
Стаса трясло, он рыдал, заливался слезами как девчонка, как его бывшие жертвы, над которыми он за это так любил насмехаться. Он вцеплялся в траву, в землю, уже в кровь разодрав руки.
— … справедливость свое возьмет…
Демон схватил парня за член, зацепив его когтями вместе с мошонкой, и наступил ему ногой на живот. В отличии от расправы над Артемом, Стасу он дал прочувствовать каждый миллиметр разрываемой плоти. Рэс вырывал его органы медленно, с каменным лицом наблюдая за предсмертной агонией ублюдка, а после отбросил его достоинство в сторону и подошел к следующему.
— Семь…
Вадим лежал на земле, свернувшись в калачик и слабо дыша. В сознании Рэса снова всплыло увиденное в его глазу. Удар, другой, третий… с каким удовольствием он бил их общих жертв, с каким наслаждением он впечатывал свой кулак в лица несчастных девушек. Рэс бы с радостью вырвал ему второй глаз, но тогда бы мерзавец не увидел самое главное. Демон перевернул парня на спину и хлопнул по лицу, заставив открыть единственный глаз.
— … что внутри у тебя? Покажи!
Рэс вонзил когти в живот Вадима и медленно распорол кожу вместе с мясом. Подцепив пальцами обнажившийся кишечник, он потянул его вверх, как можно выше. Для того, чтобы последним, что увидел этот гад перед смертью были его собственные кишки, парящие в воздухе.
— Восемь. Смерть песню тебе споет.
Демон махнул рукой, отправив в полет выпущенный кишечник, вспомнив, как эти трое мразей издевались над беспомощной Дашей. Его Дашей…
На секунду все стихло, замолкли звери и насекомые, затих даже шелест листвы.
Никто больше не трепыхался в траве, не бился в агонии. Все было кончено. Все трое насильников испустили дух. Последний их вздох был унесен попутным ветром, который закрутился вихрем и протяжно завыл. Закаркали вороны, будто сообщая о завершении чего-то важного, и природа вокруг снова ожила.