— Мария. Ты поедешь в Пацифик.
— В столицу?! — возмущенно выпалила я, — Да до нее же четыре часа по поверхности!
— Возьмешь побольше таблеток от радиации. Раньше тебя такие путешествия не пугали.
— Раньше там не было войны! — раздраженно буркнула я, а сердце заколотилось сильнее.
— Мария… — мужчина выдержал трагическую паузу и поднял на меня серьезный взгляд, — кроме тебя некому. — Он достал из-под своего стола небольшое устройство. Металлический куб со сторонами сантиметров тридцать.
— Что это? — я непонимающе уставилась на предмет.
— Щит. Не просто щит. Наша новая разработка. Он может защитить все, что находится в зоне действия не только от солнечной радиации, даже птица не пролетит. В него можно шарахнуть ядерной боеголовкой, внутри же ничего не шелохнется.
— Но почему я? У нас что, мало разведчиков, которые могут побыть курьерами? — я досадливо отвернулась к стенке. От одной мысли, что по дороге к столице могу нарваться на мерзких землян или еще более мерзких волков-астероидян, становилось дурно.
— Мария, — шеф продолжал повторять мое имя, раз за разом выказывая серьезность своего настроя, — такое первому попавшемуся нельзя доверить. Щит работает на компактном ядерном реакторе, — он подозвал меня ближе и нажал на рычаг сложного устройства, заставив его открыться.
— Ну так пошли Эйнштейна! Он в этом шарит получше меня! — я из последних сил пыталась придумать отговорку.
— Не могу. Последним взрывом вывело из строя солнечную ферму, сейчас все системы работают от реактора. Если обрушится свод… мы должны успеть поставить наш щит до того, как это случится. Без Эйнштейна не справимся. Да и сама знаешь, он на аэробайке, как корова на леднике — и километра не проедет. А ты на своей привычной скорости сможешь добраться до Пацифика быстрее других. Главное, тихо и незаметно.
Я досадливо всхлипнула. Никто в отряде не управлялся с аэробайком лучше меня. Не хотелось признавать, но для данной работы я была лучшей кандидатурой. Шеф начал подробно объяснить нюансы устройства. Выезжать нужно было как можно скорее. Каждая минута простоя могла стоить сотням марсиан жизни, ведь мощности для изготовления подобных щитов для других поселений были только в столице.
Приняв свою участь, я аккуратно положила куб в рюкзак. Шеф проводил меня до раздевалки. Я уже собиралась нацепить свой плащ радиационной защиты, когда он меня окликнул. Наши плащи были кислотно-зеленые. Яркие, чтобы в случае беды разведчика можно было легко заметить среди песков красной пустыни. Раньше нам не от кого было прятаться. Он же протянул мне другой — красный. Он был всего на тон темнее марсианской почвы. В таком плаще можно было спрятаться, просто присев на землю. Слиться с окружающей обстановкой. Я надела его и, накинув на голову капюшон, посмотрелась в зеркало.
— Красная шапочка, — шеф печально улыбнулся, вспомнив древнюю земную сказку, — не попадись волкам, охотники тебя спасать не придут.
От этих слов меня пробрало холодом, а сердце болезненно сжалось. На помощь землян рассчитывать не приходилось. На помощь своих — и подавно.
Я поднялась на поверхность вместе с транспортом, мельком бросила взгляд на разбитые панели солнечной фермы, запрыгнула на аэробайк и сорвалась с места. Цель была только одна — как можно быстрее добраться до столицы и снова спрятаться под землей от творящегося наверху ада.
Половину пути я преодолела быстро. Не так быстро, как хотелось бы, пришлось объехать пару зон боевых действий. Но мне удалось не нарваться на неприятности, ровно до того, как у моего аэробайка внезапно вырубилась вся электроника. Он резко потерял управление, пролетел по инерции некоторое расстояние и врезался в невысокую скалу. Я успела выскочить из седла всего за пару секунд до столкновения. Приземление было жестким. Несмотря на то, что сгруппировалась при падении, лодыжку все-таки подвернула. Я взглянула на передатчик, в надежде сообщить в штаб, но и тот был мертв. В висках застучало, а во рту пересохло. Это могло значить только одно — кто-то шарахнул по мне электромагнитным импульсом, отрубив всю электронику. Порадовалась только, что в щите, лежащим у меня за спиной, шеф заранее отключил все. Иначе бы и он сгорел к чертям. Но если был ЭМИ, значит были и те, кто его использовал. Изо всех сил я бросилась бежать, хромая, чуть ли не падая, до ближайшего укрытия на ландшафте. Грохнувшись за припорошенную песком острую скалу, я опасливо выглянула, наблюдая за разбитым байком. Чего и следовало ожидать — меньше чем через минуту рядом с обломками приземлился небольшой шаттл. Бывший транспорт земного флота. Ключевое слово — бывший. Эмблема земли была перечеркнута, а рядом красовалось кривое изображение волчьей головы. Сердце ушло в пятки. Из шаттла вышло несколько мужчин, по-хозяйски расхаживая по поверхности и пиная осколки.