Я попыталась глотнуть пива из банки, но обнаружила, что там ничего не осталось, кроме пены.
— Что-то вроде этого.
Я понимала, что мое утверждение сильно отдает самым настоящим безумием. Кроме того, отец видел, как я целилась из ружья в Райана, и это тоже не могло не навести его на тревожные мысли. Мне нужно было изложить все так, чтобы Тед понял, но мне никак не удавалось собраться с мыслями.
Невольно я вспомнила свой недавний разговор с Карен о симптомах психического заболевания: беспорядочном мышлении, неустойчивом поведении, галлюцинациях, навязчивых идеях. Все эти симптомы я демонстрировала сейчас, хоть учебник пиши! Но, хотя я отлично это понимала, собраться и мыслить рационально мне по-прежнему не удавалось. Наверное, мне следовало бы позвонить Барбаре — позвонить прямо сейчас и спросить совета. С другой стороны, если бы она слышала мои путаные объяснения, ее диагноз не слишком отличался бы от моего.
Хлопнула входная дверь, в прихожей послышались шаги, и я услышала голос Дианы:
— Джеки?! Ты тут?..
— Мы в кухне! — откликнулся Тед, и спустя несколько мгновений в дверь ворвалась моя тетка.
— Ты что, с ума сошла?! — завопила она. — Какого черта ты целилась в Райана из гарпунного ружья? Скажи спасибо, что он не позвонил в полицию. Ты могла его убить!
— Я вижу, новости здесь расходятся быстро, — заметила я.
— Терри как раз была у меня, и…
— Разумеется, у тебя. Где же ей еще быть?
— Что ты хочешь этим сказать? — Глаза Дианы сердито сверкнули, но я ничего не ответила, и она продолжала: — Райан ей позвонил. Ты напугала его! Что, ради всего святого, на тебя нашло?!
— Джекс считает, что Райан и его родственники пытались манипулировать Лекси. Забивали ей голову страшными историями и даже наняли какую-то актрису, чтобы она сыграла роль живущей в бассейне утопленницы.
— Может быть, это была не актриса, а просто хорошая знакомая, — вставила я.
Диана переводила взгляд с меня на Теда и обратно.
— Но зачем? Зачем им это нужно?
— А ты знаешь, кто они такие? Кто такой Райан, твоя обожаемая Терри и ее мать?.. — Я потянулась к газетным вырезкам, которые показывала отцу. — Ширли — единственная дочь владельцев отеля, который когда-то стоял на этой земле. После того как отель сгорел, Бенсон Хардинг проиграл землю твоему деду в карты! — Я протянула вырезки тетке, но она только отмахнулась.
— Я все это знаю, — сказала она, и браслеты у нее на руках громко звякнули. — Давно знаю. В наших краях это ни для кого не тайна. Терри рассказала мне эту историю много лет назад, когда мы были детьми. А теперь скажи, с чего ты взяла, будто она или Райан наняли кого-то, чтобы пугать твою сестру? — Диана смотрела на меня как на человека, который крепко стукнулся головой. — Что это за глупые фантазии?
— Это не фантазии, — сказала я мрачно. — Они хотели вынудить Лекси продать Ласточкино Гнездо. Чтобы они могли его купить. А может, они действовали ради высшей справедливости, как они ее понимают. Я уверена — они до сих пор считают, что земля и источник должны принадлежать им!
— Значит, ты думаешь — дело в деньгах? В земле?
— Да. И в источнике.
Диана бросила быстрый взгляд на Теда. Ее лицо больше не было сердитым, оно смягчилось и выражало скорее жалость. Именно это подействовало на меня сильнее всего. Я вдруг поняла, как, должно быть, чувствовала себя Лекси все последние годы. Ловить на себе сочувственные взгляды, знать, что твоим словам никто не верит, — что может быть хуже? «Бедная девочка совсем спятила. Это же надо — выдумать такую чушь?!»
— Джекс, — начала Диана спокойно. — Мне кажется, ты просто проецируешь ситуацию на себя. Ведь именно эти причины привели к охлаждению твоих отношений с сестрой. Дом и деньги достались по завещанию ей, и ты решила, что тебя обошли, что с тобой поступили несправедливо…
— Это здесь ни при чем, — резко возразила я, но Диана и бровью не повела.
— Твоя обида наложилась на комплекс вины перед сестрой. Неудивительно, что теперь ты обвиняешь всех, кроме себя.
Я мрачно взглянула на тетку. Да как у нее только язык поворачивается такое говорить? И не только говорить, но и устраивать мне сеанс психоанализа?
— Ничего подобного, — отрезала я и повернулась к отцу: — Хотя бы ты веришь мне, Тед?..
— Хотел бы верить, — отозвался он и тут же удостоился негодующего взгляда Дианы. — Я понимаю, Джекс, ты сейчас страдаешь, — продолжал отец. — Как и все мы. Ты пытаешься найти объяснение, почему Лекси не стало, ты ищешь виноватых. И, как и мы, больше всего ты винишь себя… — Он крепко прижал ладони к лицу и добавил глухо: — И вот мы собрались здесь — несчастные, страдающие, истерзанные комплексом вины люди… Стоит ли удивляться, что нам в голову лезут самые невероятные, самые бредовые мысли?