— Открой глаза, — сказала она. — Мертвым нечего бояться.
Но она ошибалась. Я по-прежнему боялась очень многого. А больше всего я боялась минут, когда она приходила, чтобы забрать меня из мира живых обратно в бассейн. Почему — этого я объяснить не могла. Здесь, на суше, я была чужой. Да и выходить из воды я могла только ночью, под покровом темноты. Иногда — не очень часто — они могли меня видеть. И только Ширли видела меня всегда, но не хотела разговаривать со мной в присутствии остальных. Диана, как мне казалось, замечала меня время от времени, но каждый раз притворялась, будто ничего особенного не видит.
Но, независимо от того, видели они меня или нет, я всегда — всегда! — продолжала вести себя так, будто остаюсь одной из них.
В ту ночь, когда я утонула, мне открылась важная истина. Лекси была права: бассейн исполнил оба наших желания.
Она хотела вернуть меня. Я — ее.
Команда Икс!..
Я открыла глаза и взяла сестру за руку.
Вместе мы спустились в прихожую, прошли мимо вышивки «Человеку свойственно ошибаться, а Богу — прощать», спустились с крыльца и свернули к бассейну.
Не расцепляя рук, мы без всплеска соскользнули в темную воду.
Две мертвые девочки.
Вместе навсегда.
Навеки.
Благодарности
Огромная благодарность моему агенту Дэну Лазару, который поддерживал меня в моей работе, верил в меня и в мой сюжет и всегда был готов помочь ценными замечаниями и руководством. Без него эта книга не состоялась бы. Кроме того, мне хочется поблагодарить Элисон Маккейб, которая так много работала с первым вариантом рукописи (и предложила ввести в сюжет кота!). Не могу не упомянуть и Сару Бейкер, от которой я впервые услышала историю о прóклятом источнике, не только ставшую основой сюжета, но и изрядно меня напугавшую. А еще я говорю огромное спасибо Дрее и Целле, которые помогли мне навести глянец на окончательный вариант романа.
Я также весьма признательна Кейт Дрессер и всей команде «Скаут Пресс» — с вами, ребята, было очень приятно работать!
Дженни-фер Макмахон
Остров потерянных детей
Посвящается Дре
© Бушуев А., перевод на русский язык, 2017
© ООО «Издательство «Э», 2017
Пролог. 24 июня 2006 года
— Погружайся, погружайся, погружайся! — кричала Сьюзи. Вцепившись в потрескавшуюся красно-белую баранку старого «Шевроле», она крутила ее туда-сюда и, дергая переключателем поворотных огней, направляла корабль ко дну.
Она знала, что всплытием и погружением подводных лодок управляет воздух, как знала и то, что увидит под водой: осьминога, коралловый риф, зубастые оскалы акул перед броском. Она видела эту картину уже тысячу раз, и все было в точности как в песенке про сад осьминога, что пела ей мать. Увы, по дороге к саду Сьюзи подстерегали акулы, от которых надо бежать, и вражеские подлодки, пытавшиеся ее торпедировать. И она знала, каково падать в черноту бездны.
У Сьюзи бывали подобные припадки, что-то вроде гроз в голове — так ей объясняли родители, — она теряла сознание, металась, а придя в себя, ничего толком не помнила.
Приступы. Бури в мозгу. Громы и молнии. На запястье она носила серебряный браслет со своей фамилией и странной красной эмблемой: извивающаяся змея — с одной стороны и слово «эпилепсия» — с другой. А еще Сьюзи ежедневно принимала лекарство, крошечные таблетки.
Ей нельзя было играть рядом со старым автомобилем или грудой гнилых досок за бабушкиным домом. Она знала, когда-то в «Импале» с белой полосой на боку ездили люди, сверкали бамперы, и в них отражалось шоссе. Работало радио. Гудел мотор. Когда шел дождь, сверху натягивали белую крышу, этакий модный зонтик.
Теперь же родители запрещали Сьюзи играть там. «Это опасно, — говорили они. — Ты можешь пострадать. Не играй там». Но старая машина манила ее, как манил к себе осьминог, как манили водившиеся в дыре сиденья мыши. Крохотные мышата, розовые и слепые, пищавшие и жившие в гнезде из соломы между ржавых пружин, звали ее хором тоненьких голосков, поющих сквозь крошечные оранжевые зубки. Отвернув рваный красно-белый чехол, она наблюдала за тем, как они шевелятся, словно кончики пальцев. Маме-мышке она приносила еду: ломтики чеддера, крекеры с арахисовой пастой, птичий корм, украденный из кормушки бабули Лоры Ли.