Монтерей, Калифорния
Дэвид, у которого силы и кислород уже на исходе, наконец-то умудряется открыть крышку блока. Включив фонарик, он заглядывает внутрь.
В тусклом свете слегка поблескивает цифровая клавиатура.
О’кей, дедушка миллион раз называл мне цифровой код. Поглядим, месяц его рождения… мамин… папин… Даниэллы… и мой.
Дэвид набирает 10–7–6–4-6.
Зажигается зеленая лампочка, показывающая, что источник подключен.
Прекрасно! Прогресс налицо. Дэвид находит переключатель, затем нажимает на кнопку с резиновой изоляцией, на которой написано «ЗАКРЫТЬ».
От оглушительного скрежета металла у Дэвида закладывает уши – это внутри приводов активируются шланги для подачи сжатого воздуха, и створки ворот начинают неохотно закрываться со скоростью два дюйма в секунду. Проходит еще секунд тридцать – створки застывают на месте.
Черт!.. Дэвид снова нажимает на кнопку «ЗАКРЫТЬ». Приводы скрежещут, но створки остаются неподвижны.
БАБАХ!
Правая стальная створка содрогается так, будто в нее врезался автобус.
Дэвид отдергивает руку от блока питания, сердце бьется, как у пойманной птицы. Мальчик осторожно выглядывает в щель между подпорной стенкой и створкой ворот, которая расширилась футов на двенадцать, и видит исчезающий во мраке белый спинной плавник высотой с двухэтажный дом.
И тут мозг Дэвида словно получает электрический разряд. Бросив инструменты и грузовой пояс, он как сумасшедший работает ногами, чтобы выплыть на поверхность, и уже на глубине двадцати футов у него из носа начинает идти кровь.
Ухватившись за край бетонной стены, Дэвид подтягивается и забирается наверх. Стаскивает ласты и жилет, снаряжение и баллон с воздухом падают в море. Балансируя на узком бортике, он во весь опор мчится обратно к арене, к спасительным трибунам…
В его кровеносной системе пузырится азот.
На борту «Нептуна»
Море Банда
75 морских миль к северо-востоку от Молуккских островов
Динамики изрыгают тяжелый бас, который реверберирует вверх через доски пола каюты, заставляя трястись гамак.
Джонас лежит, уставившись в потолок, голова раскалывается от недосыпа.
Он вылезает из гамака, надевает тренировочные штаны, выходит из каюты и спускается вниз, ориентируясь на источник шума.
– Вот это да…
Джонас Тейлор, в свою бытность старшекурсника Пенсильванского университета, не раз бывал на студенческих вечеринках и уже потом, на службе в ВМС, неоднократно принимал участие в печально известных вечеринках морских летчиков, но все это даже рядом не стояло с тем, что предстало его глазам.
В темном помещении с дрожащими от гангста-рэпа стенами горят лишь красные неоновые лампочки. Свет пробивается сквозь густую завесу дыма от сигарет с марихуаной, отчего все кругом затянуто багровым туманом. Густой запах дешевого пива и травки с ходу бьет по мозгам, впрочем, так же как и вид обнаженных участников вечеринки – это и Сорвиголовы, и члены команды, и Куколки, которые занимаются сексом прямо на импровизированном танцполе.
Из тумана появляется темноволосая смуглая женщина, из всей одежды на ней лишь прикрепленная к пупку серебряная цепочка.
– Профессор Джей. Я Мия. Мия Дуранте. Из команды «Молоты».
– Ну да, конечно, я… э-э-э… не узнал тебя без униформы.
– Вы явно шокированы. Не стоит. Мы славно поработали, а теперь хотим на славу оттянуться.
– Да, но где-то там среди участников оргии моя семнадцатилетняя дочь.
– Расслабьтесь. Это всего лишь травка, и пиво, и вожделение. Ничего серьезного, просто торжество жизни. – Она вручает ему конец серебряной цепочки. – Хотите вывести меня на прогулку?
– Спасибо, конечно, но, боюсь, моя жена этого не одобрит.
Джонас в растерянности проходит по всем помещениям, раздражаясь все больше и больше, но в конце концов снова возвращается, уже насквозь провонявший марихуаной, в кают-компанию, а затем поднимается на верхнюю палубу, чтобы глотнуть свежего воздуха.
На палубе, прислонившись к кабестану, одиноко стоит Эндрю Фокс:
– Добрый вечер, док.
– Ты был внизу? Видел, что там творится?
– Ага. Эти Сорвиголовы торопятся жить и зажигают не по-детски. Видел бы ты их сборища во время парашютных уик-эндов! Словно последние дни Калигулы.
– И Дани там с ними где-то внизу… Господи, мне следовало быть умнее и не брать ее с собой на борт корабля из фильма Романа Полански!
Смех Эндрю тонет в шуме хлопающих парусов плывущего в ночь судна.