Джонас Тейлор сонно сидит на брезентовом стуле, гример накладывает ему на лицо тон – скрыть темные круги под глазами.
Появляется Эндрю Фокс и протягивает Джонасу чашку горячего кофе:
– Просто чудо какое-то! Ты словно помолодел на десять лет. Теперь ты выглядишь ровно на свои восемьдесят, и ни днем больше.
– И чувствую себя на эти годы. Ты, случайно, не видел мою дочь?
– Нет. А что случилось? Вы снова поцапались?
– Вчера ночью я застукал ее в чем мать родила с одним из наших Сорвиголов.
– Ой-ей-ей! И что ты сделал?
– Пока ничего. Но я подумал, может, мы с тобой сумеем взять его за жопу чуть позже. Например, подвесить вниз головой к «вороньему гнезду».
– Насколько я знаю этих Сорвиголов, думаю, ему понравится.
К ним подходит Эрик Холландер:
– Эндрю, ты нужен нам в клетке. До рассвета осталось десять минут. Джонас, ну как, держишься?
– Холландер, я еще пока не пациент гериатрической клиники.
– Нет, конечно нет. На самом деле я только что говорил с командой Мако. Как насчет того, чтобы присоединиться к ним во время одного из трюков?
– Извини, приятель, но с акулами я свое уже давным-давно отплавал.
– Ладно, не вопрос. Впереди экскурсия в «ясли» кашалота. Не возражаешь понырять с аквалангом вместе с китом?
– Припиши несколько нулей на бонусном чеке – тогда и поговорим.
– И пять… Четыре… Три…
Появившийся на горизонте темно-красный огненный шар смотрит вниз на обнаженное левое плечо Шарлотты Локхарт.
– Сейчас у нас здесь, в южной части Тихого океана, раннее утро. Утро после длинной ночи, когда съемочная группа и обе команды Сорвиголов оплакивали трагический уход из жизни нашего друга Джейсона Массета. Бывший игрок в лакросс, увлекавшийся бодибордингом, Джейсон Массет был одним из самых популярных участников соревнования. Вчера ночью капитан команды Майкл Коффи разговаривал с семьей Джейсона, живущей на Лонг-Айленде.
– Стоп, снято! – Сьюзен Феррарис проверяет свои записи. – О’кей, у нас есть материал на минуту и двадцать секунд разговора с родителями Джейсона, а затем покажем прямой репортаж о том, как мешок с телом Джейсона опускают в океан. Подводная съемочная группа на месте?
– Все готово.
– Отлично! Джонас, хочешь что-нибудь добавить, когда начнется прямое включение с участием Шарлотты?
– Нет, похоже, вы уже обсосали этот момент под всеми возможными углами.
Губы Сьюзен застывают в фальшивой улыбке, но глаза злобно сверкают.
– И то верно. Спасибо за твой неоценимый вклад.
Док Шинто, Барри Струл, Дженни Арнос и Лекси Пьятек выходят вслед за Вейном Джоном Фергюсоном, капитаном команды «Мако», на главную палубу. Все в мокрых гидрокостюмах. Ферджи несет маску с трубкой, Дженни – бумбокс.
Команда выстраивается в боевой готовности у леера правого борта. Двухфутовые волны захлестывают едва держащиеся на плаву останки кита. В призрачном утреннем свете Тихий океан кажется свинцово-серым. Акулы вернулись в полном составе, их спинные плавники разрезают поверхность воды.
– Эй, погоди!
Ферджи поворачивается и замечает Дани, которая прячется за грот-мачтой.
Девушка бросается в его объятия, целуя взасос:
– Прости за прошлую ночь. Когда мы снова увидимся?
– Без понятия. Твой отец в ярости, как раненая змея. И вообще, мне сейчас некогда. Увидимся после трюка.
– Ферджи… Я люблю тебя. – (Австралиец нервно вздрагивает.) – Что такое? Чего ты боишься? Я только хотела, чтобы ты знал до того, как ты… Ну, ты понимаешь.
– До того, как я что? До того, как я скормлю себя акулам? Послушай, сейчас не самое подходящее время для разборок…
Дженни Арнос хватает Ферджи за руку:
– Пойдем, любимый! Они уже собираются опускать в воду тело Джейсона. А что касается тебя, Тейлор, то Куколкам сюда вход запрещен. Почему бы тебе не пойти поискать своего папочку?
Дани в бессильной злобе стискивает зубы.
Ферджи, пожав плечами, покорно позволяет Дженни себя увести.
Передав подводную камеру Джону Лоури, своему звукооператору, Эндрю Фокс закрепляет крышку акульей клетки из нержавеющей стали. Экипаж «Нептуна» активирует лебедку, которая отрывает клетку от палубы, перекидывает через правый борт, а затем опускает в море.
Тяжелая клетка ударяется о поверхность воды и тотчас же тонет, погружая двух аквалангистов в кишащую хищниками голубую бездну.
Трубы для регулировки плавучести на верху клетки заполняются морской водой, и Эндрю с помощником оказываются на глубине десяти футов, в двадцати ярдах от туши кита.