– Фунтов тридцать, легко. Не то что твой задохлик.
– Ты сперва затащи ее в лодку, а там посмотрим.
Райан еще крепче хватает спиннинг, откидывается назад, напрягается, пытаясь вытащить рыбу.
В пятидесяти ярдах от них из воды вылетает серебряная стрела.
– Привет!
– Ух ты! Не упусти ее, Маск. Заставь снова потанцевать!
Райан жадно ловит ртом воздух, собираясь с силами:
– А теперь смотри!
Сматывая леску, он тянет изо всех сил.
Из моря выпрыгивает тридцатифунтовая рыбина, а следом за ней появляется спинной плавник цвета слоновой кости, высотой шесть с половиной футов, который, словно парус, разрезает черную воду.
Мальчики, вытаращив глаза, смотрят на призрачный плавник, мчащийся в сторону лодки.
– Маск, заводи мотор. – (Но подросток оцепенел, будто прирос к скамье.) – Маск, заводи этот чертов мотор!
Зеленовато-желтое сияние становится все ближе, а затем гигантская туша цвета слоновой кости врезается в борт моторной лодки, словно автобус – в велосипед.
Райан Маскетт видит звезды, и вот он уже под водой, в ледяной тьме. Мокрая одежда камнем тянет на дно, но Райан, сделав рывок, выныривает на поверхность и хватается за борт перевернутой лодки.
– Джей Ти!
– Я здесь!
Подростки плывут навстречу друг другу.
– Блин, что это было?!
Глаза Джастина становятся размером с блюдце, нижняя губа дрожит.
– Гляди!
Бледный спинной плавник, пронзая поверхность воды, кружит вокруг них.
Катер Канадской береговой охраны, замедлив ход до трех узлов, входит в полосу густого тумана.
Джошуа Банкофски стоит у носового леера, луч его ручного прожектора не способен пробить плотную серую пелену.
– Брайан, где она?
– Должно быть, где-то впереди! – выкрикивает бывший морской спецназовец.
Терри на дрожащих ногах подходит к Джошуа:
– Послушай, туман усиливается. Может, нам стоит свернуть.
– Тсс!
Луч прожектора Джошуа останавливается на каком-то предмете, качающемся на неспокойной воде чуть-чуть впереди катера.
– Я что-то такое вижу.
Терри придвигается поближе:
– Похоже на перевернутую лодку.
– Думаю, вы правы. Капитан, стоп машины!
Рон Марино переключает двигатели на холостой ход. Тяжелый корпус судна приподнимается и снова опускается в пенную волну.
Джошуа обшаривает поверхность моря прожектором:
– Эй, там, на корабле! Меня кто-нибудь слышит? – (Нет ответа. У Терри екает сердце.) – Эй, там, на корабле! Отзовитесь!
Луч перемещается справа налево, словно бриллиантовым скальпелем пронзая туманную мглу, и замирает, остановившись на вершине выступающего из моря айсберга.
– О боже!..
Голова мегалодона находится над водой, чавкающие челюсти обагрены кровью.
Джошуа в священном ужасе смотрит на акулу:
– Господи! Она великолепна.
– Джош, у нее что-то свисает из пасти… Боже мой, это рука! – Терри с трудом подавляет рвотный рефлекс.
У Джошуа сердце начинает биться где-то в горле при виде безжизненной конечности, ходящей туда-сюда в жующих челюстях мега.
Оторванная рука падает в море.
Луч прожектора выхватывает левый глаз монстра, затянутый серой катарактной пленкой.
Мегалодон откатывается в сторону и исчезает.
Терри, почувствовав головокружение, хватается за леер:
– Я передумала. Срочно доставьте нас на берег.
Джошуа, обняв Терри за талию, поспешно уводит женщину в рубку:
– Она ушла на глубину.
– Акула появилась на сонаре, – рапортует Брайан. – Триста футов… Четыреста… Движется на юг, направление два-один-ноль. Должно быть, мы ее спугнули. Она буквально летит со скоростью двадцать пять узлов.
Джош настраивает рыболокатор:
– Следуй за ней, Марино.
Терри спускается вниз. Входит в одну из кают. Видит на нижней койке спящего Майкла Виллэра. Трясет его изо всех сил:
– Просыпайся! Доставай гранатомет!
Брайан прислушивается к сигналам сонара:
– Так не пойдет. Ничего не слышно из-за грохота тампера.
В рубке появляется Терри. Марино смотрит на карту:
– Эй, Банкофски, эта твоя рыбина покидает пролив. Направляется в открытый океан. Теперь за ней будет нелегко угнаться.
В миндалевидных глазах Терри плещется страх.
– Джош, я не шучу. Давай повернем назад. Мне не нравится эта затея.
– Лучше идите прилягте.
– Хватит меня опекать!
– Терри, вы наняли нас выполнить эту работу. Так не мешайте нам делать свое дело.
– Я передумала. И вообще, по-моему, это даже не Ангел.