Марвин заметил, что Мик не сводит глаз с двери. Потом повернулся и увидел торчащий из замка обломок скрепки.
— Ну, так ты далеко не уйдешь.
— Доктор Теперман, мне необходимо выбраться отсюда.
— Я знаю. Вот, держи. — Марвин достал из кармана пачку чеков. — Здесь чуть больше шестисот долларов, некоторые из них канадские. Это немного, но поможет тебе добраться туда, куда ты собрался.
— Вы меня отпускаете?
— Не я, считай меня просто посланником. У твоего отца было много связей в научном мире, но я не от них.
— Я не понимаю.
— Твой побег организует некто, полностью разделяющий твое отношение к Пьеру Борджия.
Чейни?
— Значит, вы отпускаете меня не потому, что поверили моему рассказу?
Марвин улыбнулся, по-отечески потрепал его по щеке.
— Ты хороший парень, Мик, но, как и твой отец, немного чокнутый. А теперь слушай внимательно. Тебе нужно повернуть налево и пройти до конца коридора. Там будет лестница. Три пролета вверх, и ты окажешься на главной палубе. На корме увидишь ангар. Внутри, на полу, сложены трупы погибших при аварии на нефтяной вышке. Найди пустой мешок, спрячься и жди. Через полчаса прилетит вертолет эвакуаторов, который заберет погибших в аэропорт в Мериде. Дальше ты будешь предоставлен сам себе.
— Спасибо… Подождите, а как же Доминика?
— Твоей подруге уже лучше, но она еще не в состоянии путешествовать. Хочешь, чтобы я передал ей сообщение?
— Да, пожалуйста. Скажите, что я собираюсь добраться до сути вещей.
— Куда ты собрался?
— Вы действительно хотите это знать?
— Наверное, нет. Ты лучше давай шагай, пока нас обоих тут не заперли.
Посол Бекер смотрела в иллюминатор, внимательно прислушиваясь к беседе делегатов Российской Федерации, Китая и Франции, сидящих в хвосте вертолета. Спенсер Ботчин, представитель Соединенного Королевства, наклонился к ней и зашептал на ухо:
— Должно быть, это французы. Я лишь молюсь, чтобы у них хватило ума не продавать эти технологии Ирану.
Она согласно кивнула и прошептала в ответ:
— Они не стали бы проводить испытания оружия без поддержки России и Китая.
Вертолет прибыл в Южную Австралию, когда солнце уже клонилось к горизонту. Барбара Бекер неотрывно смотрела в иллюминатор, чувствуя, как открывшийся ее глазам вид гонит мурашки по спине.
Карл Брандт сел рядом с ней.
— Три дня назад та часть поверхности, на которую вы смотрите, находилась в сорока с половиной метрах над уровнем моря. Теперь территория опустилась на полтора метра.
— Как что-то сумело буквально испарить такое огромное количество камня?
Стив Табер, помогавший доктору Мартинезу натягивать защитный костюм, повернулся к ним.
— Судя по кратеру, на который мы смотрим, я бы сказал, что устройство должно было спровоцировать подземный взрыв невероятной мощности.
Брандт тоже натянул защитный костюм и опустил капюшон.
— Баллоны в данной модели костюмов позволят нам около тридцати минут пробыть над этой территорией.
Доктор Мартинез показал ему большой палец — его рука была затянута в толстую перчатку. Табер протянул коллеге счетчик Гейгера.
— Марти, ты уверен, что не хочешь взять меня с собой?
— Я и сам справлюсь.
К ним присоединился второй пилот, помогавший Брандту и Мартинезу застегнуть прикрепленную к двум гидравлическим лебедкам ременную упряжь.
— Джентльмены, в ваших шлемах встроены двусторонние передатчики. У вас будет возможность общаться друг с другом и с нами. Как только вы коснетесь поверхности, нам придется отстегнуть удерживающие вас тросы. — Он открыл грузовой люк, потом крикнул им сквозь шум винта: — Ладно, ребята, давайте вниз.
Все пятеро послов собрались у люка, глядя вниз. Мартинез, шагая в открытый люк, почувствовал, как сердце заколотилось и застряло в горле. До земли оставалось около сорока семи метров. Он закрыл глаза, чувствуя, как опускается по мере разматывания троса наверху.
— Вы в порядке, доктор?
— Да, мистер Брандт. — Он открыл глаза и взглянул на счетчик Гейгера. — Пока что никакой радиации. Но очень жарко.
— Не волнуйтесь, эти костюмы должны защитить нас.
— Должны? — Мартинез посмотрел вниз. Жаркие полосы белого дыма заставили запотеть стекло его шлема. Еще три метра…
— Подождите! Стоп, стоп! — Мартинез поджал колени к груди, пытаясь не коснуться расплавленной поверхности под ногами. — Поднимайте нас выше, выше!
Спуск прекратился, и двое мужчин закачались на тросах в нескольких дюймах над белесой, кипящей при температуре 650 градусов по Фаренгейту[35] поверхностью того, что раньше было землей.