Аквалангисты Эд Хендрикс и Карлос Салинас переглядываются. Эд Хендрикс нервно улыбается напарнику:
– Она дает нам понять, что мы здесь незваные гости.
– Надеюсь, она не любит мексиканскую кухню.
Фрэн спускается с мостика:
– Ну как, мальчики, готовы? Давайте проверим связь.
Водолазы натягивают закрывающие лицо маски:
– Проверка. Вы нас слышите?
Фрэн увеличивает громкость рации:
– Громко и отчетливо. Вирджил, включай насос.
К палубе болтами прикреплен гидравлический насос с восьмидюймовыми водозаборным и сливным шлангами, соединенный с ведром из-под цементной смеси объемом семьдесят пять фунтов. Надев респиратор, Вирджил высыпает в ведро пятидесятифунтовый пакет с трикаин метансульфонатом. Добавляет в порошкообразный анестетик воды и, перемешав раствор веслом, запускает помпу.
Аквалангисты прикрепляют баллоны с воздухом, застегивают компенсаторные жилеты, надевают грузовые пояса, после чего с ластами в руках спускаются на платформу для ныряния. Садятся на край платформы, надевают ласты. Разыгравшийся Тихий океан качает платформу из стороны в сторону.
Фрэн стравливает воздух из шланга, после чего передает его аквалангистам. Те поднимают большие пальцы и погружаются в воду, таща за собой рукав.
Эд Хендрикс, крупный и мускулистый мужчина, часто дыша, плывет к стальным воротам, находящимся в тридцати футах от него. Хендрикс – примерный семьянин, с женой и дочерью – ученицей выпускного класса средней школы. Он, очень опытный дайвер, в свое время нырявший среди больших белых акул у побережья Южной Африки, никогда не боялся воды… но лишь до сегодняшнего дня.
Выровнявшись на глубине шестидесяти футов, аквалангисты плывут к воротам, чувствуя, как усиливается сердцебиение по мере приближения к пористым створкам. В двадцати футах от себя Хендрикс видит сквозь отверстия в поросших водорослями стальных воротах синеву Тихого океана, которая внезапно озарятся зловещим белым сиянием.
– Иисус, Мария и Иосиф! – восклицает Карлос, когда за массивным барьером возникает Ангел. Дайверы в ужасе замирают. – Эд… я не смогу это сделать!
– Успокойся.
– Не могу!
– Карлос, она чувствует твой учащенный пульс. Она чувствует все. Расслабься. Движения медленные и плавные. Передай мне шланг. Я сделаю всю грязную работу. Фрэнни, ты меня слышишь?
– Да, Эд.
– Подавай анестетик.
И вот через двадцать секунд шланг в руках Эда оживает, затвердевает, из его открытого конца начинает поступать молочно-белая субстанция.
Держа шланг под правой подмышкой и крепко сжимая его обеими руками, Эд подплывает к воротам. Он нацеливается на отверстия на уровне пасти Ангела.
Бабах!
Раскатистое громыхание, кажется, пробирает до самых костей. Хендрикс еще сильнее работает ногами, мышцы наливаются свинцом, когда он подплывает к скользким от налипших водорослей створкам. Вентиляционные отверстия все разного размера: одни круглые, величиной с баскетбольный мяч, а другие – овальные, достаточно большие для того, чтобы туда мог протиснуть плечи взрослый мужчина.
Избегая самых крупных отверстий, Эд заглядывает в то, что поменьше…
…и в это самый момент белый призрак бьется в левую створку ворот, рыло размером с внедорожник расширяет шестидюймовую щель между створками.
Мощный удар, буквально вытряхивающий душу, приводит Хендрикса в шоковое состояние. Он в панике выпускает из рук шланг и плывет прочь, столкнувшись с Карлосом.
– Полегче, амиго!
– Проклятье! Она огромная.
Карлос начинает выбирать шланг, пока ему не удается перехватить конец:
– Мы сделаем это вместе. Идет?
– Идет.
Подтащив шланг к воротам, они просовывают свободный конец в одно из отверстий.
Ангел, разъяренная появлением двух похожих на тюленей существ, тыкается рылом в створки. Загнанное в узкий канал животное мечется туда-обратно вдоль ворот, трется рылом о створки и неожиданно чувствует непривычный, едкий запах. Ее движения замедляются, челюсти обмякают, когда в открытую пасть поступает устойчивый поток химического вещества.
Удары становятся реже, затем прекращаются.
Ангел с прижатой к воротам пастью зависает на глубине шестидесяти футов. Ее хвостовой плавник вяло взбивает воду продолжительными сильными ударами.
Но вот хвост перестает двигаться, большая самка тонет.
Дайверы, постепенно меняя положение шланга, ныряют вслед за ней. Ангел приземляется на грудные плавники, голова остается прижатой к стальным створкам в восьмидесяти семи футах от поверхности, более легкий хвост изогнут под углом тридцать градусов.