– Ну как, готов?
Дэвид кивает.
Дверь открывается, выпустив в коридор волну холодного соленого воздуха. Дэвид следует за ученым по узким мосткам, ведущим прямиком в недра судна. Огромное пространство, изначально предназначенное для хранения трех миллионов баррелей сырой нефти, разделено на пять больших садков с примитивной системой фильтрации, расположенных на четыре этажа ниже основной палубы. К садкам можно спуститься по винтовому трапу, который тянется к перфорированной стальной палубе.
– Интересующие нас виды в садке номер четыре.
Ричард ведет Дэвида к следующему трапу. Они спускаются на два этажа вниз, на палубу садка номер четыре: толстую решетку, занимающую более одной трети площади отсека в восемьсот квадратных футов. К барабанам, установленным вдоль нижней части основной палубы высоко над головой, прикреплены стальные тросы, которые свисают с потолка и исчезают под водой. Ричард открывает пульт управления, расположенный на вертикальной опорной балке, и нажимает на какую-то кнопку.
Наматывающиеся тросы начинают тянуть из воды грузовую сеть с огромной рыбой.
Мертвый лидсихтис медленно поднимается головой вниз. Серповидный хвостовой плавник в серо-коричневых пятнах безжизненно падает набок.
Сорок футов… пятьдесят… и это еще явно не конец. И вот появляются огромные, похожие на ласты грудные плавники и голова, как у морского окуня, размером с мусоровоз. Мокрая сеть с гигантом длиной восемьдесят семь футов раскачивается над палубой.
– Береги ноги! – Ричард нажимает на другую кнопку, и палуба, на которой они стоят, выкатывается вперед, меняя положение палубы садка номер пять так, что она практически полностью накрывает садок номер четыре.
– Так нам будет где развернуться.
Доктор Хибпшман опускает намотанные на барабан тросы, грузовая сеть раскрывается, вывалив мертвую рыбу Лидса на перфорированный стальной настил.
– Все верно. Лид-сих-тис. Она воняет. – (И действительно, от рыбы исходит такая невыносимая вонь, что Дэвид поспешно прикрывает рот рукой.) – Нам понадобятся респираторы и инструменты. А еще непромокаемые плащи и резиновые сапоги. Иди за мной.
Дэвид проходит вслед за доктором Хибпшманом уже по другому помосту в разделочный цех. Это обычная общая душевая комната, переделанная под лабораторию. На кафельном полу установлены два стальных стола. В стоящих в ряд шкафчиках лежат различные режущие и другие инструменты, резиновые передники и спецодежда.
Десять минут спустя, надев непромокаемый плащ, сапоги, перчатки и респиратор, Дэвид с помощью бензопилы начинает вскрытие пятидесятитонной костистой рыбы.
Они заканчивают вскрытие только после семи часов вечера. Два часа напряженной работы – и вот они уже практически пробились в желудок размером с лимузин. Ричард зажимает тонкий кишечник семнадцатидюймовым зажимом, чтобы предотвратить попадание остатков непереваренной пищи в брюшную полость. Затем повторяет ту же процедуру с толстым кишечником, после чего с помощью кишечных ножниц вскрывает гигантский желудок.
Из места разреза фонтаном бьет гнилостная коричневая жижа: концентрированный органический суп сливается через отверстия в стальной палубе. Поправив респиратор, доктор Хибпшман, к немалому удивлению своего молодого помощника, залезает в слизистую оболочку желудка, фильтруя пятифутовый орган собственным телом:
– Креветка… медуза… немного планктона… впрочем, как всегда. Высокая концентрация сероводорода и метана, поступающих в результате холодного просачивания под Филиппинской плитой. Очень странно… Что-то небогато для рыбины длиной восемьдесят пять футов. Погоди-ка… А это что еще такое? Похоже на…
Неожиданно голова доктора Хибпшмана исчезает, его тело полностью затягивает в коричневую жижу!
И когда из полости живота появляется отчаянно дергающаяся рука в резиновой перчатке, Дэвид понимает, что дело плохо. Он хватает доктора Хибпшмана за руку и рывком вытягивает его из вспоротой полости, а вместе с ним… и семифутовую акулу весом 225 фунтов, впившуюся челюстями в живот несчастного доктора.
– А-а-а! А-а-а! Уберите это от меня! – Изо рта доктора фонтаном бьет кровь, заливая респиратор.
Дэвид хватает доктора и оттаскивает от чудовищной акулы. Монстр по-прежнему сжимает внутренности Ричарда, прижав их верхней челюстью к весьма необычной нижней: спиралевидной формы и снабженной изогнутыми зубами наподобие зубьев циркулярной пилы.