— Мой сын навеки захвачен какой-то дьявольской силой, а единственный шанс спасти его — и спасти человечество — только что смыло волной. Так что нет, Мэнни, я не в порядке, я в полной заднице.
— Слушай, но ведь окно еще не закрылось. Спасение не на Марсе, оно в червоточине, которая возникнет, когда сингулярность войдет в физический мир. Это случится до конца дня… я чувствую, как дрожит Нексус под воздействием гравитации. Лилит, нам вовсе не нужен «Шаттл», чтобы достичь червоточины, достаточно и космического самолета. У тебя ведь есть еще один космопорт в Хьюстоне?
Ее глаза расширились.
— Да.
Континент Антарктида окружен океаном и расположен на Южном полюсе планеты, в самом низу мира. Пятый по величине материк на девяносто восемь процентов состоит из льда и не заселен людьми. И все же каждой весной три тысячи рабочих присоединяются к командам ученых, которые исследуют погоду и, несмотря на жуткий холод, работают на исследовательских станциях, пытаясь прогнозировать и стабилизировать климат Земли.
Станция «Мак-Мердо» занимала две квадратных мили на льду южной оконечности острова Росса. Комплексом руководил американский отдел Национального Научного Фонда США. Здесь обитало двадцать тысяч сотрудников, что превращало станцию в самый густонаселенный участок Антарктиды.
И, скорее всего, последний.
Геолог Т. Поль Шульте стоял на частично замерзшем побережье Мак-Мердо Саунд и смотрел поверх воды на четыре покрытые снегом вершины, плевавшиеся дымом и пеплом над ледником Росса. Извержение горы Эреб было необычным, но не шокирующим — она была частью Огненного Кольца, одним из ста шестидесяти активных вулканов Тихоокеанской тектонической плиты. Но то, что к ней присоединились три обычно спящие сестры, заставило ученого передернуться от ужаса — еще до того, как он связался с женой, Кристиной, и узнал, что происходит на планете.
От жены и шести детей Шульте отделяло целое полушарие. Последние слова его прощания оборвали помехи, исходящие из тучи вулканической пыли. Уже три часа он неустанно молился о спасении.
И вдруг перед его серо-голубыми глазами возникло настоящее чудо.
Географические полюса Земли расположены по центру планеты, а магнитные полюса постоянно смещаются. Это явление называется дрейфом полюсов, оно обусловлено изменениями течения расплавленного железа внешнего слоя земного ядра, поскольку именно трение внешнего слоя о внутренний создает магнитное поле планеты.
Шульте с ужасом и восхищением наблюдал за тем, как тучи пепла начинают медленно сливаться — и вращаться против часовой стрелки. Центр этой карусели поднимался от южного магнитного полюса и завис высоко над океаном, к востоку от побережья острова Росса. Быстро, буквально на глазах, сформировавшаяся воронка начала вытягивать в глубины космоса токсичные тучи вулканического пепла.
Ничто не предвещало случившегося: самолет гладко скользил в потоках спокойного воздуха — и вот он уже падает со скоростью звука.
Мэнни потянулся к Лилит и выдернул их обоих в Нексус. Физический мир замедлился, их тела подняло к потолку вращающейся кабины, гравитация на время исчезла. Отталкиваясь от кружащейся мебели, они полетели в кабину.
Пилот потерял сознание.
Мэнни отбросил его в сторону и схватился за штурвал, пытаясь выровнять самолет. Альтметр отматывал назад: 3600 метров, 2700, 1340… Нисходящий воздушный поток отпустил их в 200 метрах над Мексиканским заливом, а восходящий начал швырять самолет из стороны в сторону.
Лилит заняла кресло второго пилота. Она выскользнула из Нексуса и поморщилась от рева ветра.
— Что случилось? Мы влетели в ураган?
— Посмотри в небо.
Плотный слой коричневых туч мчался на юг со скоростью селевого потока. Эта скорость достигла тысячи миль в час и продолжала возрастать. Торнадо серого пепла то и дело возникали над землей — вертикальные колонны вулканического мусора втягивали в атмосферу все новую пыль.
Самолет болтало, бросая то вверх, то вниз.
— Лилит, это слишком опасно, нужно садиться.
— Давай!
Взглянув на GPS, он повернул на северо-восток и начал снижение, но тут стекло кабины залепил влажный пепел. Он почувствовал, как меняется звук турбин, и тут же консоль засветилась красными огоньками и самолет почти упал в залив. Высокие волны очистили стекло, Мэнни пытался справиться со штурвалом и поднять нос самолета вверх. Ему удалось выиграть 500 метров, прежде чем гравитация преодолела инерцию и кабина погрузилась в воду.