20 декабря
146-я Восточная улица
Тюдор-сити, Манхэттен
09:33
22 часа 30 минут до предсказанного конца света
Тридцать четыре минуты прошло с того времени, как Мэри Клипот выбросила стальной чемоданчик в мусорный контейнер… Двадцать четыре минуты назад появилась первая черная крыса.
Rattus rattus. Никто в точности не знает, сколько их в Большом Яблоке. Приблизительные подсчеты колеблются от двухсот пятидесяти тысяч до семи миллионов. Это шустрое создание может стоять на задних лапах, взбираться по приставным лестницам, подпрыгивать на три фута в высоту и через дренажные трубы приплыть в ваш туалет. Эти ночные животные прекрасно охотятся и днем. Крыс не зря относят к грызунам: у них такие крепкие зубы и сильные челюсти, что они могут прогрызть даже строительный раствор в кирпичной кладке; даже железобетон не устоит перед их зубами.
Крысы живут в среднем два-три года. В основном они едят и размножаются. Достигнув половой зрелости в возрасте трех месяцев, самки крыс спариваются более двадцати раз в сутки. В помете от шести до двенадцати крысят. Одна самка за свою жизнь дает потомство от четырех до шести раз. Науке известны случаи, когда самцы совокупляются с самкой до тех пор, пока она не умрет, и продолжают заниматься этим с ее трупом.
Крысы — довольно умные животные, они пируют на богатых банкетах пищевых отходов, которых в изобилии в городах. Обоняние помогает им найти пищу в пределах их территории. Нью-йоркская черная крыса давно потеряла боязнь перед человеком, и эти грызуны охотно бегут на приятные для них запахи, источаемые контейнерами для мусора.
Морнингсайд-Хайтс, Манхэттен
09:38
Франческа Минос вышла из пиццерии «Минос», прижимая к большому животу стопку картонных суповых мисок. Ей было двадцать пять лет, и она ждала своего первого ребенка. Малыш «запаздывал» на неделю. Молодая женщина предпочла бы лежать в кровати, закинув опухшие ноги на подушки, а не болтаться по улицам холодным нью-йоркским утром в спортивном костюме и пальто, но Паоло еще ни разу не отменил утреннюю раздачу супа, и Франческа, беременна она или нет, вынуждена была помогать мужу.
Женщина зачерпнула из большой алюминиевой кастрюли немного испускающего пар овсяного варева и, плеснув его в свободную миску, поставила ее на стол перед бездомным из очереди, которая растянулась до самой Амстердам-авеню. Скоро подойдут другие бездомные, а ее любимый муж, кажется, решил накормить всех и каждого в этой очереди.
Взвод пустых глаз и бесстрастных лиц проходил мимо нее в гробовом молчании.
«Забытые обществом души. Что их погубило? Поддались ли они искушению или просто сдались, покорившись судьбе?»
Среди стоявших за бесплатным завтраком хватало наркоманов и алкоголиков, но большинство из этих людей просто переживали трудные времена. Им некуда идти. Треть бездомных были ветеранами иракской войны, половина из которых — инвалиды.
Франческа наполнила очередную миску. Страх сменился раздражением. В одном только Нью-Йорке почти сто тысяч бездомных. Сочувствие к ним заглушало беспокойство о судьбе собственной семьи. Как большинство маленьких предприятий, их пиццерия едва сводила концы с концами. Скоро в семье появится еще один рот. Интересно, а испытывают ли эти бездомные благодарность за то, что их кормят? Или щедрость владельцев пиццерии они воспринимают как должное, как часть своего безрадостного существования? С каждым днем тонкая линия, отделяющая семью Минос от впавших в нищету братьев и сестер во Христе, становилась тоньше. Что будет, если они не смогут их кормить? Поймут ли? Поблагодарят ли за былую щедрость или разобьют витрину, требуя кормежки?