Самой изумительной конструкцией в Тиуанако являются Врата Солнца, огромная каменная арка весом около ста тонн. Это гигантское произведение искусства находится на северо-западной окраине города и выглядит как доисторическая Триумфальная арка. Как его создатель смог перевезти этот гигантский каменный блок на расстояние нескольких километров, какими инструментами он пользовался для того, чтобы прорезать проход в камне, и как он потом установил эту глыбу вертикально, лишь одному богу известно.
В городе сохранилось много огромных колонн. В центре прямоугольного мощенного камнем углубления стоит двухметровая красная скала, на которой изображен сам Виракоча. Здесь находим и удлиненный череп, и выпуклый лоб, и прямой нос, и скрытую бородой нижнюю челюсть. Руки его скрещены и прижаты к телу. К тому же завершающий штрих тоже достоин упоминания: по бокам мантию этого мудреца украшают две змеи, изображения которых во многом совпадают с теми, что часто встречаются в Месоамерике.
Наиболее спорным строением Тиуанако считается Каласасайя, прямоугольная площадка в центре города, окруженная огромными стенами. Точнее, это четырехметровые каменные блоки, расположенные на строго выверенном расстоянии друг от друга. Пьер решил, что Каласасайя раньше служила крепостью, Мария считала иначе, узнав выравнивание монолитных блоков — по тому же принципу расположены блоки Стоунхенджа.
Как обычно, Мария оказалась права. Каласасайя была не крепостью, а астрономической обсерваторией, возможно, древнейшей в мире.
Так что же все это значит?
Через пять лет после окончания Кембриджа мы с коллегами-археологами обнаружили удивительные доказательства того, что некая высшая раса европеоидов повлияла на развитие истории как месоамериканских индейцев, так и индейцев Южной Америки. Эти бородатые люди с генетической деформацией черепа каким-то образом спроектировали и сконструировали множество великолепных строений, предназначение которых ставит нас в тупик.
Мария была уверена, что план обсерватории Каласасайя слишком близок к плану Стоунхенджа, чтобы оказаться простым совпадением. Она считала, что нам необходимо отправляться на восток, по следам древней мудрости этой расы европеоидов, и посмотреть, к чему мы придем в итоге.
Пьер Борджия этому вовсе не был рад. Двух лет в Наска было более чем достаточно для удовлетворения его жажды заниматься археологией, к тому же его благородное семейство давило на него, заставляя вернуться в Штаты и начать строить политическую карьеру. Проблема состояла в том, что он любил Марию, и на весну того года, кстати говоря, была назначена их свадьба.
Но Мария, хоть и любила Пьера, не могла расстаться со своей мечтой — разгадать пророчество майя — и настаивала на поездке к Стоунхенджу, к которому вел след бородатых мудрецов.
Мысль о возвращении в Англию была заманчивой, так что я забронировал билеты на рейс, и мы направились к следующему поворотному пункту нашего пути. Я уже знал, что это навеки разрушит наш маленький триумвират.
10
— Дом, проснись!
Доминика открыла глаза, сквозь зевок поинтересовавшись:
— Что случилось?
— Из ждет тебя в лаборатории. SOSUS что-то засекла.
Вздрогнув от волнения, она рывком сбросила одеяло и пошла за Эдди вниз по лестнице, в акустическую лабораторию.
Из сидел за терминалом спиной к ней, с наушниками на голове, а звуковая система вела запись данных.
Из развернулся на стуле, и Доминика заметила, что он одет только в пижаму и тапочки, пряди его седых волос дико торчат во все стороны, особенно вокруг наушников. При всем этом выражение его лица было настолько серьезным, что она чуть не рассмеялась этому контрасту.
— Перед тем как идти спать, я проверял систему. Единственным «необычным», что засекла SOSUS, была мертвая зона, область, лишенная морских форм жизни. Само по себе это вполне обычно. В заливе каждое лето возникают «мертвые зоны» — в тех местах, где погибает планктон, который должен фильтровать загрязненную воду, остается слишком мало кислорода. Но обычно эти зоны возникают у берегов Техаса и Луизианы и никогда не образуются в настолько глубоких местах. Как бы то ни было, я перепрограммировал SOSUS, направил исследование на эту конкретную площадь и оставил систему на ночь в режиме поиска. — Из снял наушники и протянул их ей. — Послушай-ка это.