— Теперь никто сюда не войдет, — сказал он.
В помещении никого не было. От запаха итальянской стряпни, который проникал сюда из темной кухни, в животе у Патрика заурчало. Он направился было на запах еды, но Паоло остановил его.
— Я должен проверить вашу кожу. А вдруг вы заразились?
Мужчины подняли свои рубашки и приспустили штаны. Паоло, светя фонариком, осмотрел их шеи, подмышки, ноги и промежности. Шеп передернулся, когда кошка ткнулась носом в голую левую икру.
— Кажется, с вами все в порядке, — наконец произнес хозяин пиццерии. — Идите за мной.
Они проследовали за итальянцем мимо застланных клетчатыми скатертями столиков на кухню. На алюминиевых разделочных столах лежали буханки хлеба, качалки не до конца порезанной салями и кубики сыра. Рядом стоял поднос с сэндвичами.
— Берите все, что хотите, — сказал Паоло. — Остальное достанется бездомным. Все равно продукты пропадают.
Шеп схватил с подноса сэндвич и в три прихода проглотил его.
— Вирджил! Бери… ешь…
— Я уже ел. У нас мало времени. Солдаты…
Алюминиевая дверь холодильной камеры открылась. Из-за нее показалась беременная итальянка с черными как смоль волосами. В руках она сжимала дробовик.
— Все в порядке, Франческа, — сказал Паоло. — Они здоровы.
— Никого сейчас нельзя считать абсолютно здоровым, — сказала женщина. — Мы все умрем от чумы.
С улицы донеслась ругань. Раздались выстрелы.
— Быстрее в холодильник!
Паоло подтолкнул Шепа и Вирджила в холодильную камеру и с силой захлопнул дверь за собой.
Они оказались в темноте. Воздух в холодильной камере был спертым. Воняло гниющими продуктами. Мяукали коты. Тусклый лучик фонарика в руке женщины осветил ее мужа. Паоло подвинул в сторону ящики с салатом латуком и встал на колени на мокром деревянном полу. В руке мужчина сжимал загнутую крючком проволоку. Просунув один конец в отверстие, оставшееся от выпавшего из доски сучка, Паоло поводил проволокой, чтобы подцепить веревочную петлю. Схватившись за нее рукой, итальянец встал и сильно дернул веревку на себя. В полу открылся люк. Оттуда полился дрожащий свет масляной лампы. От люка вниз, в подвал, вела лестница.
Паоло спустился до половины, а затем встал на ступеньке, помогая Франческе. Следующим был Вирджил, потом — Патрик. Вновь поднявшись по лестнице, Паоло позвал кошек. Животные мигом заскочили в люк. Поправив крышку люка, мужчина захлопнул ее и только тогда спустился вниз.
Теперь они находились в старом винном погребе. Сложенные из камня стены, скрепленные известковым раствором, свидетельствовали, что этому помещению не одно столетие. Воздух в погребе был сухим, но спертым. В углу стояли старый буфет и картонные коробки.
— Подержите, — протягивая Вирджилу масляную лампу, попросил Паоло.
Вместе с Патриком они отодвинули картонные коробки. За буфетом оказалась небольшая деревянная дверь, запертая на висячий замок.
— По этому проходу можно добраться до 8-й авеню, — пояснил Паоло. — По туннелю метро мы дойдем до 103-й улицы, а затем срежем дорогу через Центральный парк. У брата Франчески — небольшой катер в Бэттери-парке. На нем мы уплывем с острова.
— Бэттери-парк! — воскликнул Патрик. — Моя жена и дочь живут там.
— Дайте вакцину за ваше спасение.
— Да… конечно…
Шеп открыл крышку деревянной коробочки и вытащил из нее две пробирки.
Франческа забрала у Вирджила лампу.
— Откуда я знаю, что это вообще помогает, Паоло? — сказала она. — А если эта вакцина убьет нашего сына?
Женщина посветила сначала себе на живот, а потом на лицо Шеперда.
— Мистер Ветеран Войны! Вы сами хоть врач?
— Мое имя — Патрик. Друзья называют меня Шепом. Моего товарища зовут Вирджил. У меня нет никакого медицинского образования, так что я понятия не имею, какое влияние вакцина окажет на вашего ребенка. Единственный побочный эффект, о котором я знаю, — это галлюцинации…
— Поэтому я и не стал ее пить, — вставил Вирджил.
— Никакого медицинского образования, — хмыкнула Франческа.
Женщина поднесла пробирку с прозрачной жидкостью ближе к лампе. Ее муж открыл висящий на маленькой дверце замок.
— Три года назад я училась на медсестру, — сказала Франческа. — Правда, не доучилась… Теперь вместо того, чтобы работать в больнице и иметь полный социальный пакет, мне приходится разносить пиццу и кормить бездомных.
— Дорогая! У нас мало времени. Простите мою жену. Она может родить в любой момент.