— Рекс! Карл! — Он услышал лишь приглушенное эхо.
Волна неземного зеленого света ослепила его. Капитанская рубка и все предметы в ней переливались отраженным изумрудным светом, идущим от воды.
Рекс поднял Иза на ноги.
— Ты в порядке?
Из кивнул, в ушах у него все еще звенело. Двое мужчин, споткнувшись об акваланг, вышли на палубу и присоединились к Карлу, слишком увлеченные слепящим светом, чтобы увидеть дымок, поднимающийся над приборной доской и электроникой рубки.
Господь всемогущий…
Из и его друзья ошеломленно смотрели на море. Освещенные идущим из-под воды светом, их лица стали призрачно-зелеными.
«Ламантин» покачивался в центре огромного светового круга никак не меньше мили в диаметре. Из перегнулся через борт, изумленный нереальной видимостью. Ее создавал раскаленный подводный маяк, который находился где-то в морских глубинах примерно в полумиле под ними.
— Из, Рекс, ваши волосы!
Карл указал на их волосы — те встали дыбом. Рекс потрогал свой «хвостик», который теперь торчал над головой, словно индейское перо. Из пригладил волоски на руках, заметив искорки статического электричества.
— Что за чертовщина? — прошептал Карл.
— Я не знаю, но нам пора отсюда убираться. — Из поспешил обратно в капитанскую рубку и нажал кнопку включения двигателя.
Ничего.
Он нажал кнопку еще три раза. Проверил радио, потом систему навигации.
— Что не так? — нервно поинтересовался Карл.
— Ничего не работает. Что бы там внизу ни происходило, оно стало причиной короткого замыкания, «убившего» нам всю электронику. — Из повернулся к Рексу, который натягивал свой водолазный костюм. — Ты куда это собрался?
— Хочу посмотреть, что там под нами.
— Это слишком опасно. Там может быть радиация.
— Тогда я наверняка окажусь в большей безопасности, чем вы, поскольку буду в мокром резиновом костюме, а вы, ребята, — здесь, на борту. — Он застегнул сбрую кислородного баллона, проверил прочность ремней на животе, проверил регулятор, потом натянул ласты. — Карл, моя камера для подводной съемки стоит возле твоей ноги.
Карл подал ему камеру.
— Рекс…
— Из, поиск острых ощущений — мое хобби. Я сделаю несколько снимков и вернусь на борт через пять минут.
Из и Карл беспомощно смотрели, как их друг переваливается за борт.
— Карл, хватай весло. Мы убираемся отсюда.
Видимость в море была изумительная. Рекс чувствовал себя так, словно плавает в чистейшем бассейне с подсветкой. Нырнув на два метра ниже, он ощутил невероятное внутреннее спокойствие: его тело и пузырьки воздуха парили в изумрудно-зеленом свете.
Движение над головой заставило его посмотреть вверх. О Боже…
Рекс дважды моргнул от неожиданности, глядя на фантастическое создание, прилепившееся к центру киля «Ламантина» и вытянувшееся вдоль него. Десять метров эластичных щупалец росли из похожего на прозрачную гусеницу длинного желеобразного тела. Не меньше сотни колоколообразных желудков виднелись в кремовом, похожем на комок спутанных веревок теле этой твари. На каждом из концов «веревки» находились спрятанные до поры рты и ядовитые, похожие на клыки, жала.
Невероятно. Рекс никогда не видел этой твари вживую, но он знал, что это создание, известное как аполемия, принадлежит к подклассу сифонофоров. Эти странные формы жизни, которые могут вырастать до пятнадцати метров, обитают лишь в самых глубоких водах, а потому редко попадают в поле зрения человека.
Наверное, свет вспугнул ее и заставил подняться к поверхности.
Он сделал несколько снимков, держась от ядовитых щупальцев на расстоянии, которое он считал безопасным, потом выпустил воздух из баллона, погружаясь глубже.
Фантастический свет давал полную иллюзию замедленной съемки. Рекс бил ластами, пока не опустился на двадцать метров, но понял это лишь по нарастанию кровяного давления, от которого заложило уши. Он шмыгнул носом и продул загубник, но с удивлением обнаружил, что боль нарастает. Затем, посмотрев вниз, он заметил, как что-то поднимается к нему сквозь поток света.
Рекс улыбнулся и раскинул руки, а вокруг него затанцевали огромные пузыри воздуха, каждый размером с «фольксваген».
Потрясающе.
Боль и потекшая из носа кровь заставили его прийти в себя. Глубокий рев заполнил его уши, заставив маску завибрировать, щекоча ему нос.
Рекс Симпсон перестал улыбаться и понял, что живот свело, как это бывает при быстром спуске к большой высоты на американских горках. Рев стал громче.