Дэвид и Панкай переглянулись, не зная, что дальше делать.
Тибетский монах схватил обоих мужчин за руки, возвращая их к действительности.
— Не пытайтесь понять чудо, — сказал он. — Уводите всех! Скорее!
— Возьмите Гави, а я займусь остальными! — распорядился Дэвид Кантор.
Он побежал к школьному автобусу будить детей, а Панкай и Маниша помогли Дон и Гави взобраться на ледяной мост, который немного просел под тяжестью, но все же казался вполне надежным.
Дети выбегали из школьного автобуса и спешили к кромке воды.
Мимо них на расстоянии мили пролетели три военных вертолета.
— Быстрее! Быстрее! Не мешкайте! Нам надо спешить!
Дэвид и Маркиз Джексон-Хорн передавали детей Панкаю и Манише. Держась за руки, они выстроились в цепочку, во главе которой шли Паоло и Франческа. Двигались быстро. Ученики средних классов и бывшие секс-рабыни помогали младшим удерживать равновесие и не поскользнуться на льду. Дэвид взобрался на ледяной мост, чтобы присоединиться к дочери.
Старейшина остановил Маркиза.
— Пришло время выбирать, как жить дальше, — сказал он бывшему главарю банды.
Его младшая сестра утвердительно кивнула.
Сунув руку за пояс, Маркиз Джексон-Хорн извлек девятимиллиметровый пистолет и выбросил его в воды гавани. Парень зашагал по льду вслед за сестрой.
Старейшина замыкал шествие.
Шеридан Эрнстмайер колебалась. Когда цепочка из тридцати шести мужчин, женщин, младенца и детей отдалилась на тридцать ярдов от берега, она все же решилась сделать первый осторожный шаг по замерзшей поверхности реки.
— Чушь собачья, — прошептала она.
Впереди Паоло и Франческа шаркали ногами по льду, словно скользили по поверхности. Остров Свободы оставался меньше чем в четверти мили впереди. От ледяного моста поднимался молочно-белый туман, скрывая из вида статую. Туман защищал тех, кто принял участие в исходе с Манхэттена, скрывая их от теплочувствительных сенсоров «Жнецов».
Паоло неотрывно смотрел себе под ноги. Итальянец продвигался вперед и видел, что ледяной мост становится все длиннее и прочнее. Внезапно мужчина почувствовал пронизывающий до костей холод. Он задрожал всем телом. Посмотрев вправо, он увидел, как из тумана выступила темная фигура и застыла на краю ледяного моста, словно часовой.
Облаченный в черный плащ с капюшоном Ангел Смерти стоял на краю замершей полосы воды и левой костлявой рукой сжимал держак косы. Движением руки он, словно регулировщик, дал знак следовать дальше.
Паоло отвернулся от темной фигуры, крепче сжал протез и повел процессию мимо Ангела Смерти.
— Продолжайте идти! Смотрите себе под ноги! Не оглядывайтесь по сторонам! — прокричал он.
Не послушавшись Паоло, Дон посмотрела на Мрачного Жнеца и улыбнулась.
— Спасибо, Патрик.
Глаза Дэвида Кантора округлились от удивления. Старейшина поторопил бывшего военврача и его дочь. Сам он, хотя и чувствовал присутствие потустороннего гостя, даже не посмотрел в его сторону.
Шеридан Эрнстмайер не замечала Мрачного Жреца, пока не столкнулась с ним нос к носу.
— Какого черта? Ты кто?
Ангел Смерти улыбнулся, и лед под ногами убийцы раскололся. Шеридан Эрнстмайер погрузилась в не прощающие ошибок воды Гудзона.
Остров Говернорс
08:01
Ее ноги передвигались сами по себе. Ли Нельсон не чувствовала их. Страх сковал ее тело. Она словно наблюдала за происходящим со стороны, как в случае клинической смерти. Два охранника вывели, а точнее вынесли ее через внутренний двор и небольшие ворота наружу, за крепостную стену.
Ли Нельсон уставилась на водную гладь гавани. Над водой стелился туман. Ноги женщины дрожали. Она подумала о муже и детях. Оставалось только молить Бога, чтобы пандемия их пощадила.
Охранник слева приставил дуло пистолета к ее затылку… и замертво повалился на землю. Глаза второго мужчины расширились от ужаса, и он рухнул рядом с товарищем.
Ли оглянулась, испытывая сильнейшее головокружение. Страх отступил. Ноги подкосились, и она опустилась на землю…
Ясность ума вернулась к ней, когда она увидела высокую фигуру, облаченную в плащ с капюшоном. Из глазниц существа смотрели три пары глаз. Встав на четвереньки на промерзлой земле, женщина с ужасом взирала на чудовище.
— Пожалуйста… не обижайте меня…
Изо рта Жнеца раздался знакомый голос:
— У меня есть правило: я никогда не забираю хорошую душу после среды.
— Шеп?
Глаза женщины закатились, и она потеряла сознание.