Тошнотворный щелчок острых как бритва зубов – и откушенные ноги капитана исчезли в пасти дьявола.
Ангел Смерти поднялся из воды, раскрыл выдвинутые вперед разинутые челюсти и одним махом откусил верхнюю часть туловища жертвы вместе с тремя футами алюминиевого леера.
Большой Папочка упорно тряс Гири до тех пор, пока курсант не застонал.
– Просыпайся, сынок, и держись!
Лейтенант поднырнул под спасательный трос, который был привязан к перевернутому металлическому лееру. Онемевшими пальцами Большой Папочка схватил карабин и попытался отцепить трос.
И тут глаза Уисдома выкатились из орбит: прямо под затопленным «Чинуком» в воде зависло белое как алебастр существо вдвое больше самого судна. Мотая гигантской головой, чудовище пожирало растерзанные останки Дикона.
Большой Папочка зажал нос, давясь подступившей к горлу рвотой. Над головой промелькнуло что-то оранжевое – тело утонувшего Ричардсона. По-прежнему прикрепленное к лееру спасательным тросом, оно подскакивало на волнах и билось о перевернутую палубу.
Сердце Уисдома отчаянно билось, громко тикая, как бомба с часовым механизмом.
Прямо на него смотрел злобный серый глаз. Разум Большого Папочки окутала завеса безумия. Глядя, как открываются и закрываются челюсти Ангела, он, казалось, слышал ее дьявольский голос. Да, да, Большой Папочка, еще секунда – и я буду с тобой…
Оглушающий рев над головой разрушил чары.
Мегалодон опустился чуть ниже, к качающемуся на воде телу Ричардсона.
Боясь пошевелиться, Большой Папочка вдохнул, его горящие легкие отчаянно нуждались в воздухе. Над головой ревело и громыхало, словно проходящий товарняк. И когда гигантские челюсти сомкнулись на мертвом теле Ричардсона, Уисдом закрыл глаза, пытаясь задержать в груди дыхание.
И тут к нему вернулась возможность соображать. Он открыл глаза, затем осторожно отстегнул спасательный трос Гира от леера.
Серое глазное яблоко повернулось, зафиксировав движение.
Большой Папочка поспешно намотал на руку свободный конец спасательного троса Гири и стиснул зубы, увидев, что серый глаз снова повернулся в его сторону.
Очнувшийся от забытья Гири, открыв рот, смотрел, как на него обрушивается ревущий вал белой воды. Гири судорожно вздохнул и инстинктивно нырнул, потянув за собой спасательный трос.
Большой Папочка закружился на месте, спасательный трос Гири дернул его наверх.
Уловив движение, мегалодон неторопливо направился к его источнику.
Парализованный страхом, лейтенант беспомощно наблюдал, как акула открывает похожую на туннель пасть. Течение неумолимо тянуло его все ближе. Он закрыл глаза.
Сквозь стоявший перед глазами кровавый туман Гири увидел исходящее от акулы-альбиноса тусклое свечение. Страх погнал курсанта обратно к поверхности, заставив забыть о неистовстве стихии.
Обрушившаяся волна закрутила Гири в ревущем водовороте.
Поднятый наверх намотанным на руку спасательным тросом курсанта, Большой Папочка открыл глаза, с ужасом увидев перед собой мерзкие розовые десны и вытянутую вперед верхнюю челюсть. У лейтенанта сердце замерло в груди, когда девятифутовая пасть щелкнула зубами, пытаясь схватить пустоту: похоже, именно природная стихия спасла Уисдома, буквально вырвав его из челюстей акулы-убийцы.
Волна протащила Гири и привязанного к нему Эрика Уисдома на двести ярдов в сторону суши и только затем, словно сжалившись, отпустила. Большой Папочка с криком вынырнул на поверхность, захлебываясь, задыхаясь и теряя остатки рассудка.
Ему вдруг показалось, будто кто-то хватает его за руки, и он принялся вслепую отбрыкиваться, до крови разбив Гири нос.
– Лейтенант! Лейтенант, успокойтесь… – Курсант, дернув за шнур, надул оранжевый спасательный жилет Уисдома.
Большой Папочка затих.
Гири вдруг увидел ужас в его глазах – и в этот момент лейтенант потерял сознание.
– Мак, слева от тебя… Что-то плавает на поверхности. – Джонас направил бинокль на качающийся на волнах предмет, а Мак тем временем снизил вертолет. – Проклятье, это опрокинувшееся судно! Но выживших вроде не видно.
– Я свяжусь с Береговой охраной, – сказал Мак.
Корпус судна скрыла очередная бурная волна.
– Мак…
Волна перекатила судно снова днищем вниз. На затопленной палубе плавал привязанный к лееру объеденный труп.
Прямо на глазах у Джонаса вынырнувший возле трупа мегалодон принялся тыкаться в него мордой, пытаясь добраться до кровоточащих останков.
– Господи! – Трясясь от ярости, Джонас высунулся из кабины пилота с криком: – Ангел, я убью тебя! Ты меня слышишь?!