Терри, все еще в шоковом состоянии, проследовала за капитаном по трапу шахты на уровень A. Задраив за собой люк, капитан подошел к бару:
– Что-нибудь выпьете?
Терри кивнула.
Капитан налил ей скотча, после чего запустил механизм, раздвигающий внешний титановый купол.
Терри осушила стакан, а тем временем перед ней открылось сердце Марианской впадины.
«Бентос» величественно плыл по потустороннему миру, словно глубоководный дирижабль. Где-то внизу невидимые гидротермальные источники выплевывали иссиня-черные грибовидные облака высокоминерализованной горячей воды, которая поступала прямо из адского котла. Похожие на спагетти рифтии танцевали в струях тепла. А где-то впереди мерцала синими огнями узкая полоска моря – это пробиралась через каньон стайка глубоководных биолюминесцентных медуз.
Терри завороженно смотрела в иллюминатор на диковинных оранжевых, красных и фиолетовых морских животных самых разных форм и размеров.
Капитан показал на полупрозрачно-синее существо, похожее скорее на скринсейвер, чем на биологический вид:
– Kiyohimea. Мне говорили, это разновидность гребневиков, названных так в честь Киёхимэ, мифологической японской принцессы. Причудливы, да?
– Они прекрасны. А это что такое? – Терри показала на мерцающую ярко-оранжевую кляксу.
– Глубоководные травоядные. На самом деле они полупрозрачные, но, пропуская через слизистые фильтры красные огни судна, становятся оранжевыми.
– Чудесные!
– И опасные. – Капитан снова наполнил ее стакан. – Сергей не из тех, с кем стоит шутки шутить, особенно когда он пьян. Вы будете в безопасности на мостике и в своей каюте, однако не советую спускаться ниже палубы E. Простите. Мне жаль, что не могу вас защитить. Я капитан, но судно принадлежит Бенедикту. И мы живем по установленным им правилам. – Капитан бросил взгляд на подводное ущелье. – Посмотрите. Это приближается «Прометей».
Яркая вспышка огней, и Терри увидела сигарообразный белый подводный аппарат, движущийся, словно в нереальном мире, сквозь густые облака дыма. Судно опустилось под днище «Бентоса», исчезнув из виду. Несколько секунд спустя по судну эхом разнесся лязг металла – подводный аппарат пристыковался.
– Капитан, скажите, те биологические объекты, что преследовали «Прометей»? Случайно, не они атаковали «Протей»?
– Не знаю. Да. Вполне возможно.
– Возможно? – Терри встала перед капитаном, посмотрев ему прямо в глаза.
– Послушайте, я не знаю, что они из себя представляют. Но только охотятся они стаей.
– Тогда почему Бенедикт так спокойно рискует собственной жизнью и жизнью экипажа? Похоже, здесь дело не только в развертывании системы ЮНИС. Какова реальная миссия экспедиции? Что там, внизу, есть такое чертовски важное?
Капитан явно не в своей тарелке. Он хочет поговорить, но боится.
– Я не вправе обсуждать наши…
– Капитан, пугаете нашу гостью? – Повернувшись, они увидели Бенедикта, вылезающего из шахты.
– Нет, только высказываю свое мнение.
Изумрудные глаза вспыхнули, посылая сигнал опасности.
– Quot homines, tot sententiae – сколько людей, столько и мнений. Моя дорогая, не позволяйте мнению нашего капитана влиять на непредвзятый взгляд ученого.
– Бенедикт, что за существа гнались за «Прометеем»?
Но Бенедикт, казалось, не слышал вопроса. Он остановился у смотровой панели спиной к ним. Какое-то похожее на шестифутового угря черное как смоль морское животное вильнуло длинным телом и проплыло за стеклом чуть выше головы Бенедикта. Терри уставилась на переливающуюся лампочку на длинной антенне, прикрепленной к нижней челюсти.
– Черный идиакант, – сказал Бенедикт, водя пальцем по стеклу. Существо уставилось на его руку полупрозрачным глазом, открыло челюсти на сто восемьдесят градусов и попыталось прокусить стеклянную преграду, продемонстрировав несколько рядов похожих на иголки зубов. Бенедикт явно наслаждался зрелищем. – Ну разве не чудо? Мы все еще на Земле или переместились на чужую планету? Ты видишь хоть какую-нибудь разницу? Словно фантастические астронавты, мы путешествуем по враждебной окружающей среде, имея возможность существовать лишь в пределах этого хрупкого судна. Мы реальные первопроходцы, исследователи неведомого мира, ежесекундно рискующие жизнью. Семь миль воды у нас над головой вполне могут обернуться семью световыми годами. Так вот, моя дорогая, кто сможет нас спасти в случае экстренной ситуации? – Бенедикт повернулся лицом к Терри. – Ты спрашивала меня, что это было? Я отвечаю: что-то неведомое. Мы больше знаем о других планетах, чем об этой части океана, которая оставалась неизменной в течение сотен миллионов лет. Да-да, Терри Тейлор, в этой адской дыре действительно существуют неизвестные нам биологические виды. Одни из них прекрасны, другие – ужасны, как сказал бы наш капитан, и тем не менее здесь, на дне этого величественного ущелья, все они сумели пережить бесчисленные природные катаклизмы, произошедшие за многие миллионы лет. Я не могу сказать, что там, за бортом судна, но, по моему глубокому убеждению, если мы считаем себя учеными и исследователями, наша миссия заключается в том, чтобы это выяснить.